— Милая, — зовёт Матвей, — нас не нужно знакомить, — лукавая улыбка озаряет его лицо.

Сижу с открытым ртом, то есть, как не надо?

— Так ты ответишь на мой вопрос? Когда я стал охотником? — повторно задаёт вопрос Тимофей.

Он так легко обратился на «ты» к Матвею, или они знакомы, или у этого человека совершенно нет, привил поведения.

— С тех пор, как стал охотиться на чужих женщин, — отвечает Матвей.

О боже, зачем он это сказал? Чувствую, как жар подступает к моим щекам. Тимофей кидает быстрый взгляд в мою сторону, лёгкая улыбка касается его лица, следом выражение его лица становится хмурым. Он некоторое время, не моргая смотрит на Матвея.

— Да ладно! Ты сейчас серьёзно? — удивлённо спрашивает Тимофей у Матвея.

— Серьёзней некуда, — отвечает любимый.

Да блин! Что вообще происходит? Складывается ощущение, что они общаются глазами и иногда кидают некоторые фразы.

— Матвей вот объясни мне, какого лешего вам так везёт? — как то горестно произносит Тимофей.

Теперь я понимаю, они знают друг друга, и судя по общению очень давно.

— Тим, не расстраивайся и на твоей улице будет праздник, — весело говорит Матвей.

От вот этого «Тим» я вообще потерялась.

— Будет, как же! Чувствую, пока вас всех чертей не переженю, сам не женюсь. Да и после вас останутся только остатки того прекрасного, что имеете вы, послал же бог друзей, — со стоном роняет голову на сложенные руки на столе.

— Как говорится «остатки — сладки» так, что не переживай и тебя женим, — тихо смеётся Матвей.

Это, сейчас Матвей дал понять Тимофею, что я занята? Всё-таки Егор был прав, Тим положил на меня глаз, и если бы мы не померились с Матвеем, то Тим продолжал свою охоту на меня.

— Арина! У тебя случайно нет сестры? — с надеждой на положительный ответ интересуется Тимофей.

— Н-нет… я одна в семье, — сдавлено отвечаю.

— Жаль, очень жаль, — вздыхает «охотник», — а может, есть подруги, такие же прекрасные, как ты? — и опять эта надежда в глазах.

— Есть одна, жена Ника — Ксюха, — отвечает за меня Матвей.

Тимофей прикрывает глаза, тяжело вздыхает, качает головой.

— Беспредел какой-то, все хорошие девушки достаются моим друзьям, — с усмешкой произносит Тимофей, — Арина, а может ну его, — кивает в сторону Матвея, — выходите за меня, замуж, — подаётся вперёд.

Наверное, в данный момент у меня глупое выражение лица, хлопаю ресничками, хватаюсь за руку Матвея, как за спасательный круг. Огорошил, так огорошил своим предложением.

— Но-но, руки прочь от моей девочки, — хохочет любимый, обнимает за плечи.

— Арина извините, я просто шучу, у меня строгое правило: к девушкам, женам друзей не подкатывать, — уже серьёзно говорит Тимофей.

— Может, тогда приступим к договору? — спрашиваю, с облегчением на душе.

— Конечно, — улыбается Тимофей.

Мы быстро обсуждаем и подписываем договор. Дальше ведём весёлую беседу, Матвей рассказывает, как они познакомились. Примерно через час разговора, собираемся по домам, но мне приспичило в дамскую комнату. Предупреждаю Матвея и отлучаюсь из-за стола, в туалете делаю свои дела. Стою перед зеркалом, поправляю макияж. Дверь в помещение хлопает, не обращаю внимание на вошедшего, открываю сумочку достаю помаду. Поднимаю глаза к зеркалу, по всему телу пробегает озноб, от нескрываемой ненависти в глазах человека, который стоит за моей спиной, и смотрит на меня в отражении.

22.1

МАТВЕЙ

Наша встреча с Тимом подходила к завершению. Аришка отлучилась в дамскую комнату, Тим решил скоротать моё время ожидание, своим присутствием.

— Повезло тебе, Мот, — говорит друг.

— Согласен, но и тебе обязательно повезёт, просто твоя судьба прячется от тебя, за стенами этого ресторана, — не даю другу окончательно раскиснуть.

— Ты главное не упусти свою птичку ещё раз, — даёт совет.

— На этот раз не упущу, — голос сам по себе становится грубым.

— Что то, долго нет твоей женщины, тебе не кажется? — хмурит брови, произносит Тим.

— Да я и сам уже заметил, пойду, проверю, всё ли в порядке, — приподнимаюсь, и отправляюсь в сторону туалета.

На женскую территорию, заходить не решаюсь, останавливаюсь около двери. Достаю телефон, делаю вызов на номер Арины. Сначала слышу гудки, затем из-за неплотно закрытой двери доносится песня «Если снежинка не растает, в твоей ладони не растает. Пака часы двенадцать бьют, пока часы двенадцать бьют» [i]мелодия Арининого телефона. Но звонок она не принимает, набираю ещё раз, слышу вопящий телефон, на который не отвечают. Сердце замедляет свой ритм, внутри закручивается тревога, что-то случилось.