Вспоминаю сверток с кольцами, который нашел в съемной квартире. Обручалку Солнцева я все-таки стащил с пальца и выбросил к черту. И не зря. У нас с Мирой будут свои. Если она меня простит когда-нибудь.

– Мире пришлось работать не по профессии. Ведь сестра украла ее личность, а вместе с ней и педагогическое образование, опыт работы. Без диплома Мира никуда устроиться не могла. Так и оказалась в клубе. После травмы забыла, кто она. А я только больше запутал ее. Еще и пацаны молчали. Мне кажется, Мира до амнезии попросила их скрывать правду. Коля и Митя послушные, - улыбаюсь тепло.

И тут же хмурюсь: спасать их надо. Моих родных. Но как, если Мира ни шага не делает навстречу? Не могу же я увезти их против воли.

– А сейчас Мира все вспомнила? – уточняет друг. – Поняла, кто она, но все равно вернулась к Солнцеву?

– Частично вспомнила, - тяну я, не до конца распознав эмоции и мысли Миры. – Но да, она меня отвергла.

– Ник, это же как накосячить надо было, чтобы девушка от тебя к уроду сбежала, - по больному бьет Алекс.

– Кто бы говорил, - припоминаю его историю с Даной. – Поможешь? Ярославу я нашел, осталось придумать, как выманить ее в Россию. А вот с Солнцевым сложнее. Он всех собак на меня натравил. И компромат… я Мире отдал.

– Пф, в крайности бросаешься, - фыркает недовольно.

– Мне нужно ее доверие. Но пока она думает, что я использовал ее. И, кажется, решила, что я на конкурентов Солнцева работаю, - сжимаю телефон нервно.

Мира обмолвилась об Ильясове, а потом сразу умолкла. Будто побоялась мне говорить что-то еще. Во враги меня записала, стеной отгородившись.

А-а-а, как же ты ошибаешься, моя «потеряшка»!

– Так. Мы с Загорским нароем что-нибудь на Солнцева, не проблема, - охотно соглашается Врагов.
– Кроме того, у Стаса друг есть в депутатской среде. Он Ильясова пусть прижмет, чтобы девчонку твою и малых не трогал, не впутывал в разборки свои, - делает паузу, составляя план в голове.
– Что с детьми делать будешь? С отцом останутся?

– С ума сошел? Мира мальчиков не отдаст никому. Она ради них в грязном клубе работала. Могла бы сбежать, как сестра ее поступила. Да и я пацанов не брошу, - добавляю уверенно.

– Они чужие. Здесь сложности возникнут. Ты должен это понимать, - убедительно говорит.

– Понимаю, но не отступлюсь. Поэтому и хочу настоящую Ярославу вернуть. Ей дети явно не нужны. Может, смогут с сестрой договориться, - хмыкаю с пренебрежением.

Все же Ярослава гадкая кукушка. Таких пацанов бросила. Если бы не Мира, неизвестно, что вообще с ними было бы. Невероятно, какие разные сестры в душе при внешней схожести. Поэтому у меня в мозгу и сбоило все время, пока я с Мирой был, а биографию к ней Яры примерял. Никак не совпадали факты с тем, что я видел.

– Ник, ты в своей время очень мне с Даной помог, - Алекс отбрасывает в сторону подколки и шутки. – И я верну тебе давний долг. Не беспокойся, вытащим мы твою Яру-Миру, - все-таки не выдерживает серьезный тон, но я знаю, что говорит он искренне.
– Кого скажешь, того и вытащим. Будь уверен.

– Спасибо, друг, - выдыхаю в трубку.

Вываливаюсь на мороз, набираю полные легкие ледяного воздуха и давлюсь кашлем. Бросаю взгляд на парковку. Автомобиль Солнцева трогается с места и уезжает прочь, почему-то оставляя своего хозяина.

Чувствую, что нельзя отпускать Миру.

Нельзя, но в данный момент я не в силах ничего предпринять.

Стою и наблюдаю, как машина увозит самое важное в моей жизни. Девушку, которая ворвалась в мой мир под Новый год. Вместе с чужими детьми. И так же стремительно исчезла после каникул.

Мирослава

Чем дальше Лев увозит меня от здания банка, тем быстрее я успокаиваюсь. Позади мы оставляем Солнцева, которого я после необоснованной грубости начинаю дико бояться, и Ника, кто лишь взглядами и легкими прикосновениями способен пробуждать целую бурю эмоций во мне. Оба мужчины будто издеваются надо мной, в игры свои вовлекают. Волнуют меня, только по-разному. «Муж» пугает и отталкивает, а Ник притягивает, как сильнейший магнит. Видимо, сегодня я не выдержала накопившегося напряжения. И организм сдался.

Совладав со своими нервами, протяжно выдыхаю. Спазм отступает, внизу живота становится легче. Боль притупляется. Выравниваюсь в кресле, откидываюсь на спинку и слезы со щек незаметно стираю.

– Мира, лучше стало? – беспокойный взгляд летит в меня через зеркало дальнего вида.

– Почему ты называешь меня так? – исподлобья затылок охранника гипнотизирую.

– Брось, не меня тебе надо бояться, - усмехается он.

Часть туманной дымки в сознании рассеивается. В моих воспоминаниях мы с громилой за покупками едем, по супермаркету со списком бродим, а потом дешевый кофе в стаканчиках пьем. Картинки абсолютно безобидные, невинные, а «смотрю» я их от своего лица.

Устало потираю виски – и образы испаряются.

– Судя по поведению Солнцева, он сегодня все понял. Об этом тебе беспокоиться надо, - серьезно добавляет. – Зачем ты вообще устроила все это, Мира? И где Яра шляется? – выплевывает зло.

– Я до сих пор толком ничего не помню, - выпаливаю я и тут же рот ладошкой прикрываю. Зачем призналась ему? Вдруг Солнцеву меня сдаст?

– Менту своему ты говорила другое, - хмыкает в ответ.

– Чтобы ушел… - опускаю голову.

От мыслей о Нике сердце пускается вскачь, а в животе неприятно ныть начинает. Устала думать о нем, пытаться понять его мотивы и каждый раз… переживать нашу ночь. Больно.