Мужчина снова наклонился, потянулся.

Вскочила на диван и выхватила из-за спинки спрятанный нож.

Взгляды остро перехлестнулись.

– Перейдем на ты, – неожиданно азартно сообщил он. – Мое имя Арвил Генуи Одвин. Я, – он замешкался, смерив ее оценивающим взглядом, и кажется, сменил гнев на милость. – Ты не должна меня бояться. Я твой провожатый.

– На тот свет?

Критически они оценивали возможности друг друга. Казалось, он совсем не замечал ножа. Глубокий ожог на лице вероятно причинял боль, но он вел себя так, словно его не существовало.

В следующую минуту, Марина и глазом моргнуть не успела, как оказалась на собственной спине на диване, придавленная мужским коленом в бедрах, со сведенными руками над головой.

Все произошло так стремительно, что она с бешено колотящимся в груди сердцем, захлебнулась от адреналина.

– Не впечатлил ни именем, ни званием. Вот крылья отрасти.

Незнакомец ухмыльнулся, нависая скалой над изящным девичьим телом. Отобрал нож, продолжая придерживать. Зрачки в мужских глазах расширились, и холодные глаза приобрели жизненный блеск.

Насыщенный, гипнотизирующий, такой, что дышать стало нечем и кровь прилила к перепуганному лицу. Ее окутал терпкий пряный мужской запах его кожи.

–Я сейчас умру от вони, – простонала она со страхом, понимая, что все эти запахи несмотря на свою едкость привлекательны для нее. Игнорируя факт едва уловимых изменений в глазах противника, превосходящего в силе и ловкости.

Арвил с секунду молчал, глядя, словно гончая на добычу. Затем забрав нож и телефон, круто отпустил. Отошел на пару шагов, принялся ходить по залу туда-сюда под удивленным взглядом, а затем развернулся.

– Твоей дочери уже нет на Земле.

Слова вызвали неожиданную реакцию. Она начала хватать ртом воздух, задыхаясь, и, только согнувшись пополам, быстро и часто задышала, из глаз хлынули слезы.

Мужчина возвел глаза к потолку.

–Я не сказал, что она мертва.

Но и эти слова подействовали не так, как он ждал. Вскочив на ноги, девчонка рванула в прихожую и схватила со стены саблю.

– Не приближайся! Убью. Я олимпийская чемпионка, – заорала она, отступая на кухню.

– Ти-ше, – он успокаивающе, в примирительном жесте развел руки, только сейчас осознав, как ловко его повели. – Я друг. Друг.

Она схватила во вторую руку нож с тумбы, которым разрезала скотч, баррикадируя вход.

– Твоя дочь жива, – Арвил шагнул к ней. – Я спас тебя вчера и сегодня. И не причиню зла.

– Тебе что-то нужно.

– Я пришел помочь. Ты же хочешь вернуть ее?

–Как узнал про нападение?

– Мое задание перехватить убийцу и защитить тебя. Я не знал, что у тебя есть дочь, – голос звучал обманчиво спокойно и мягко.

Неторопливо он наступал и в габаритах квартиры казался огромным великаном.

– Зачем?!

– В моем мире, ты важная, очень важная персона.

–Нет, не это. Зачем она им?

–Я не знаю. Мое дело сопроводить, обеспечить проход, доставить по месту назначения.

– Куда? – ей в копчик уперся кухонный подоконник.

– Овинга. Город Аравилат, – мужчина остановился, перестав двигаться, как только сабля уперлась в кожаный камзол, отмечая сменяющиеся выражения на недоверчивом личике девчонки. – Я единственная твоя связь.

– Отойди, – потребовала она, не зная чему верить. – Почему нельзя звонить?

– Из-за иллюзии.

Он послушно сделал несколько шагов назад и оперся о дверной косяк, протянул сотовый.

– Если ты позвонишь в полицию, тебя запрут в психушку, и ты больше не увидишь дочь. Никто не поверит и не вспомнит, что она была у тебя, – Арвил отпустил телефон. –Позвони людям, кому доверяешь, и которые не лгут тебе. Только аккуратно.

– Может быть это снова какая-то магия! – Она прищурила глаза, пытаясь понять, врет он или нет, почуять подвох. Набрала номер матери, продолжая недоверчиво держать саблю наготове. Послышались гудки.

– Алло?

– Тетя Варь, это я.

– Здравствуй, солнышко, как у тебя дела? – оживилась та в обычной для себя радостной манере.

– Скажи, – от волнения запершило в горле. – У меня Юлька, Юля есть?

– Какая?

Пара секунд показались вечностью.

– Подружка, что ли? Не знаю никакой Юльки. А что?

Марина нажала кнопку отключения, пораженно уставившись в пустоту. Опустила оружие и уселась на табуретку. Затем посмотрела на Арвила, ожидавшего ее решения, расстроенно потерла лоб.