Вокруг нас суетились люди, а мы стояли буквально в шаге друг от друга и молчали. Не знаю, что надо говорить при встрече человеку, из-за расставания с которым на несколько часов извелась, словно потеряла кого-то очень близкого.

– Простите, что заставил вас волноваться, леди. – Сандж, отмерев первым, кривовато улыбнулся.

Сумев отвести взгляд от его лица, я заметила, что он ранен в предплечье и старательно пытается это скрыть.

– Пойдемте вниз. – Как обычно отбросив правила этикета, мужчина подхватил меня под руку и потянул к лестнице в каюту. – Не будем мешать матросам заниматься своими делами.

Солнце уже давно опустилось за горизонт, в небе сверкали яркие звезды, а корабль освещали лишь фонари. Матросы все равно действовали слаженно, привычно и довольно быстро, однако лучше не мешаться у них под ногами.

– Вам нужны какие-то лекарства? Отвары? – Делать вид, что я не заметила ранения, мне показалось довольно глупым. Тем более Сандж же оборотень, значит, все должно быстро затянуться и поводов для волнения нет.

– Мне нужно время. – Небрежно брошенная фраза лишь подтвердила мои догадки.

Но на всякий случай, несмотря на отчаянные попытки мужчины увильнуть, я проявила настойчивость и осмотрела рану: колотая, скорее всего, от шпаги, не самая удачная, так как задеты мышцы, но даже обычный человек со временем излечится. Молодые аристократы часто красовались подобными ранениями после дуэлей.

– Сама затянется, – буркнул Сандж, отмахнувшись от моего предложения попросить у корабельного лекаря мазь. – На мне все заживает как на собаке, – с ухмылкой пошутил он. – Сейчас гораздо важнее усыпить команду и ускорить корабль. Мой господин уже заждался…

Невозможно долго жить во дворце и не отличать малейших изменений интонации, выражения лица, глаз, даже если ты принцесса. Тем более если ты принцесса!

Сандж был озабочен, взволнован, напряжен и… раздражен. Возможно, все дело в ранении. Интересно, кто посмел напасть на достаточно опасно выглядящего мужчину? Причем настолько внезапно, что успел его ранить!

– Надеюсь, это не лорд Шият решил ускорить вас, поручив проткнуть шампуром, как шашлык? – Я уже усвоила, что вернейшее средство вытянуть из моего охранника правду – это намекнуть на нелегкий характер его хозяина. Обвинить или хотя бы дать понять, что подозреваю правителя Нефхарда в чем-то не слишком достойном.

Естественно, порядочный фамильяр тут же ринулся на защиту своего господина:

– Конечно нет, леди! Как вам только в голову пришла подобная глупость?! Тот, кому было поручено передать мне артефакт, не слишком вовремя поссорился с местным задирой, и мне пришлось вмешаться.

– То есть вы не смогли справиться с забиякой из рыбацкого городка? – подколола я, чтобы узнать больше подробностей.

– С одним я бы справился. – Смешинки в янтаре намекали, что моя хитрость разгадана, но вполне объяснимое желание оправдаться в моих глазах оказалось сильнее привычной скрытности. – Однако ему на помощь примчалась целая банда. Пришлось потратить какое-то время, чтобы отбиться. Я же не мог оставить после себя гору трупов? Так что пришлось сражаться палкой…

– Ах вы, бедняга! – рассмеялась я, радуясь, что Сандж не порубил напавших на него молодых глупцов двумя своими мечами, а просто как следует проучил. – А ваш помощник? Тот, кто должен был передать артефакт?

– Надеюсь, успел сбежать из города. Я долго разминался, отвлекая его противников.

Равнодушие к чужой судьбе меня не удивило. Вряд ли хранение столь важного артефакта доверили бы совсем уж постороннему человеку, но необязательно это был друг или даже близкий знакомый Санджа.

Я искренне улыбнулась, глядя мужчине прямо в глаза. Светящееся в них лукавство, кривоватая насмешливая ухмылка, глуховатый негромкий голос, всегда туго стянутые в хвост волосы, густые, жесткие, спадающие послушной волной, когда их освобождали перед сном… Мне нравилось в нем все! Даже рубашка с высоким воротом, за которым прятался ошейник. И этот разрез с завязками сбоку, рядом с раненым плечом… Такого я не видела никогда раньше.

Вечерами, показательно отвернувшись, я могла искоса любоваться тем, что скрывается за этой рубашкой. А по ночам сгорать от внутреннего жара, мечтая дотронуться… и вспоминая, как Сандж целует мои пальцы или запястье.

Надеюсь, когда мы приедем в Нефхард, это испытание моей выдержки закончится и я сосредоточусь на лорде Шияте. Вдруг он еще привлекательнее?

Самое позорное, что может случиться с приличной женщиной, – это связь со слугой, охранником, садовником. Идеальный любовник должен быть выше по положению, чем законный супруг. Конечно, не тогда, когда речь идет о королеве… и о жене сильнейшего из магов Нефхарда. Так что идеального любовника я вряд ли найду, особенно если не избавлюсь от позорного увлечения слугой будущего мужа.