— Вот же сукин сын… — вымолвил Сергей мрачно.

— Яшка всегда был дерьмо, — сказал Кирилл. — Я давно его знаю. Теперь, наверное, считает себя самым везучим в мире. Говорил я им: уберите вы его, блин, от транспортера! Ведь дождетесь, что спорет какую-нибудь лажу… Вот и пожалуйста.

— Но почему так? — угрюмо спросил Сергей.

— Ты о чем?

— Почему только один может через Проход выйти?

— Ну, вот не знаю, — развел руками Кирилл. — Принцип четности, вот и все. Это не мы придумали. Только, ради бога, не спрашивай — кто! На это тебе никто не ответит.

— Да я и не спрашиваю… — тяжело вздохнул Сергей и откинулся на холодную каменную стену. — Я вот не знаю, что мне теперь делать и куда бежать.

— Бежать тебе, по идее, некуда, — заверил его Кирилл. — Тебе сейчас надо привыкнуть, обжиться и так далее… Ты здесь надолго, понимаешь?

— На сколько? — тихо вымолвил Сергей.

— Этого тоже никто не знает, — сказал Кирилл, помолчал и добавил: Сергей, тут у нас в резервации очень много всяких дуростей… Мы сейчас знаешь как поступим? Я тебя сейчас в мэрию провожу, все равно тебе туда надо сперва. На учет встать и остальное…

— Куда? — спросил Сергей. — В мэрию?

— Ну да, — сказал Кирилл. — Вот она, — он показал пальцем через дорогу на желтое административное здание. — Это мэрия нашей резервации. Объяснишь, значит, там все, расскажешь про себя, ну и так далее… Ты как себя чувствуешь? Идти можешь уже?

— Могу… — Сергей поднялся. — Башка только болит, и пить хочется страшно.

— Тогда идем, — вскочил Кирилл.

Они вышли из недр остановки и, наискосок пересекая дорогу, зашагали к желтому зданию. Сергей нашарил в кармане плаща жевательную резинку и сунул в рот. Он еще не совсем отошел от шока и все происходящее воспринимал слегка отстранено. Главное для него сейчас было не замкнуться на собственных мыслях. И еще он боялся остаться наедине с собой, когда не замкнуться на них было бы очень сложно.

— Кирилл, а ты кто? — угрюмо поинтересовался он по дороге.

— Здешний полицейский, — ответил Кирилл.

— Полицейский? — повторил Сергей немного недоуменно. — Значит, у вас полиция? Почему полиция, а не милиция?

— Не знаю. Так вот порешили когда-то, и все. Какая разница-то?

Они поднялись по выщербленным ступеням парадного входа и вошли в прохладное помещение, освещенное лампами дневного света. Из вестибюля влево и вправо уходили коридоры, в центре, напротив входа широкая лестница вела на второй этаж. Группа подростков с шумом сбежала по ней и, прошмыгнув мимо Сергея и Кирилла, выскочила на улицу. Кирилл увлек Сергея в левый коридор, и тут нос к носу столкнулись с полным невысоким человеком в потертом коричневом костюме.

— Привет, Кирилл, — бросил толстяк торопливо.

— Здорово, — отозвался Кирилл. — Вот кстати, Николаич… Надо на место Яшки Кононова кого-то срочно искать. Вакансия, понимаешь, освободилась.

— А что, что стряслось?! — непонимающе проговорил тот. — Куда он пропал? Грузчики тоже недавно бегали, орали… Где Кононов?

— Он не появится, — Кирилл заметил недоумение на лице толстяка и поспешно добавил: — Слинял наш Яша через Проход.

Лицо толстяка стало вытягиваться, и Кирилл сказал:

— Николаич, потом все узнаешь. Я тороплюсь. Нам надо к мэру. Я тебя предупредил, чтоб ты уже начал думать прежде, чем получишь официальное указание.

— М-да-а?.. — протянул толстяк озадаченно и, устремляясь к выходу, забормотал: — Ладно… Я побежал. Сегодня столько машин, как назло…

— Пойдем, — сказал Кирилл, и они устремились в глубину коридора.

Перед третьей или четвертой дверью с самодельной табличкой «Мэр» они остановились. Сергей вытащил жвачку изо рта и пробормотал:

— Я в таком виде…

— Ничего, я все ему объясню, — успокоил Кирилл. — Мэр у нас мужик, что надо. Ты подожди пока здесь минуту.

Он постучался и тут же скользнул в кабинет, закрыв за собой дверь. Оставшись в коридоре один, Сергей прислонился лбом к прохладной крашеной стене. Ужасно хотелось пить. Ведь это ж надо в такое дерьмо вляпаться, тоскливо подумал он. Уму ж непостижимо… Он попытался отогнать надвигающиеся черной тучей тяжелые мысли, решив переключить внимание на поиски воды. Он знал, что это временно, что эти думы еще овладеют им, и душевные муки еще впереди… Но только не сейчас, думал он, только не надо об этом сейчас… Сейчас бы только воды. Стакан, а лучше два или три… Такой тепловатой, хлорированной, пахнущей ржавчиной, но зато мокрой, очень мокрой, просто фантастически мокрой и фантастически жидкой воды… Сергей поплелся по коридору вглубь в надежде найти туалет, поглядывая на двери, оснащенные такими же, как на двери мэра самодельными табличками. «Отдел снабжения» гласила табличка на одной из дверей, на другой — «Кадровый отдел», еще дальше «Транспортный отдел». Сергей почти дошел до окна в самом конце коридора, как за спиной раздался голос Кирилла:

— Иди сюда!

Сергей вернулся. Кирилл вышел в коридор, прикрыл дверь и торопливо заговорил:

— Значит, поговоришь с ним, расскажешь о себе… Я предварительно его ввел в курс. Он тебе объяснит, что делать. Мне надо срочно бежать, так что ты давай дальше сам… Не падай духом, ладно? — Кирилл заглянул ему в глаза. — Сергей, слышишь?

— Постараюсь, — хмуро ответил Сергей.

— Это ведь еще не конец, — сказал Кирилл. — Правильно?

Сергей взялся за ручку двери.

— В общем, я ушел, — бросил Кирилл и подмигнул Сергею. — Пока.