«Спасибо, я и без тебя могу найти дорогу в лагерь!»

Воробушек молча подобрал с земли стебли мальвы и следом за наставницей потрусил через колючие кусты в каменный овраг. Раздвинув густые плети ежевики, преграждавшие путь в пещеру целителей, он сложил свою ношу в дальней ее части.

— Пойду подкреплюсь, — бросил он Листвичке, поворачиваясь к выходу.

— Погоди, — остановила его наставница. Она тоже положила принесенные травы на пол и уселась перед Воробушком, преграждая ему путь. Воробушек мгновенно почувствовал исходившие от нее волны недоумения и тревоги. — Я не понимаю, что с тобой творится в последнее время, — начала Листвичка. — С тех пор, как вы спасли котят племени Ветра…

В ее словах он уловил скрытый вопрос и сильный привкус какого-то странного любопытства. Листвичка явно чувствовала, что в прошлый раз они рассказали своему племени далеко не всю правду. Но не мог же Воробушек признаться ей, что пропавшие котята вовсе не строили лагерь на берегу озера, а заблудились в лабиринте туннелей, соединявших некогда территории Грозового племени и племени Ветра! В конце концов, это была не только его тайна, и они все поклялись хранить ее, чтобы не выдавать Львинолапа и Вересколапку, которые тайком от своих соплеменников каждую ночь встречались и играли в подземных коридорах.

— Воробушек, с тобой все в порядке? — спросила Листвичка, и он почувствовал, что раздражение наставницы исчезло, уступив место искренней заботе. Удушливый поток ее сочувствия грозил захлестнуть его с головой, подобно воде в тех проклятых туннелях. — Ты ведь расскажешь мне, если случилось что-то плохое?

— Конечно, — буркнул Воробушек, надеясь, что наставница не почувствует его лжи. — Но мне не о чем рассказывать. У меня все отлично.

Листвичка застыла, и Воробушек тоже замер, чувствуя, как раздраженно шевелится ее шерсть. Но целительница вскоре овладела собой, кротко вздохнула и сказала:

— Ну хорошо, иди, поешь. Попозже, когда спадет жара, мы сходим к заброшенному гнезду Двуногих за кошачьей мятой.

Она не успела закончить фразу, как Воробушек сорвался с места и выскочил наружу. Подойдя к куче с добычей, он нашел по запаху аппетитную сочную мышку и отнес ее на солнечное местечко, чтобы там полакомиться. Полдень только что миновал, и каменный овраг так и дышал теплом. Насытившись, Воробушек растянулся на боку и принялся лениво умываться одной лапой.

Вскоре он услышал, как Пепелинка с Остролапкой выбираются из колючего туннеля на поляну. Со своего места Воробушек учуял сильный запах мха, исходивший от их нагретых солнцем шубок.

— Ты не сердишься, что я все время тебя побеждала? — спрашивала Остролапка. — Нет, правда, ты не держишь на меня зла?

— Какие глупости! — отмахнулась Пепелинка. — Я бы злилась, если бы ты нарочно мне поддавалась или сражалась не в полную силу.

Голосок ее звучал бодро, но Воробушек сразу обратил внимание на звук неуверенной походки ученицы и понял, что ее еще беспокоит покалеченная лапа. Что ж, тут целители были бессильны. Только время может окончательно залечить и укрепить недавно сросшиеся кости. Кто знает, как распорядится судьба? Возможно, Пепелинке, как и Пепелице, просто не суждено стать воительницей?

От размышлений над судьбой Пепелинки Воробушка отвлек писк, доносившийся из детской. Он недовольно поморщился. Ромашкиным котятам было всего четыре дня от роду, но глотки у них уже были будь здоров!

Их отец Долголап с раннего утра отправился тренировать своего оруженосца Мышонка, хотя Дым любезно предлагал заменить его, чтобы молодой отец мог больше времени проводить с детьми. Воробушек подозревал, что Долголап был рад унести лапы из лагеря. Серый воин почему-то стыдился своих котят, словно никак не мог примириться с неожиданным отцовством.

В любом случае, в детской стало слишком тесно. Там до сих пор оставались Лисенок с Ледышкой, которым уже пора было становиться оруженосцами. Кроме этого, туда недавно переселилась Милли, со дня на день ожидавшая котят. Воробушек знал, что Огнезвезд очень гордится пополнением Грозового племени, хотя порой и тревожится о том, как им удастся прокормить такую ораву малышей.

В туннеле снова зашуршало, и на поляну выбежал Львинолап в сопровождении своего наставника Уголька.

— Две мыши и белка! — объявил Уголек. — Отличная охота, Львинолап. Такими успехами можно гордиться.

Но Воробушек сразу почувствовал, что несмотря на эти приятные слова, в голосе Уголька не было и тени искренней радости. Воробушек давно заметил, что Уголек с Львинолапом не слишком ладят друг с другом. Это было странно, и вообще Воробушек часто чувствовал в Угольке нечто такое, чего никак не мог понять до конца.

Возможно, все это пустяки, о которых не стоит и думать. Воробушек немедленно выкинул из головы все свои сомнения, когда брат плюхнулся рядом с ним с зажатой в зубах мышкой.

— Фу, устал, — пропыхтел Львинолап. — Думал, придется гнаться за этой белкой до самого племени Теней.