— Я буду рядом все время, — подтвердил парень и широко улыбнулся. — Не бойтесь, боярышня, справимся!

— Хочется верить, — поежилась девушка, вдруг ощутив конец пути, когда за спиной ощущается дыхание невидимого хищного зверя, а впереди обрывающаяся тропа и глубокая расщелина. И нужно набраться храбрости, чтобы шагнуть в ужасающую бездну, где возможно спасение, но не гибель.

— Спасибо, — пробормотала Настя, поглядывая на сверкающий изумрудными тонами камень.

— Не потеряй, — предупредил Никита, увидев, как она прячет амулет в карман шубки. — Без него нам будет трудно следить за тобой. Слон, что там по нашему клиенту?

— Отследили его до конторы, — бойко отрапортовал парень. — В половине девятого он зашел внутрь. Я оставил Москита на «точке», а сам сюда на машине. Судя по всему, Подшивалов еще на рабочем месте.

— Ты мне бойца не заморозь, — погрозил ему пальцем волхв. — Дуй к нему и продолжайте следить за передвижениями. Куда бы он ни поехал, хоть к любовнице или в казино.

Настя снова вспыхнула. Ее подозрения о любовницах Семена давно переросли в уверенность, но до последнего момента не верилось, что муж изменяет ей. Слова Никиты, такие будничные и бесстрастные, окончательно похоронили надежду, что Семен хотя бы капельку ее любит. Хотя, какую надежду? Уже ничего не осталось, колодец высох.

Слон, несмотря на свои габариты, бабочкой выпорхнул на улицу, аккуратно закрыв дверь «Фурии». Тон Никиты стал деловым:

— Если все так, как ты и говоришь, у нас появляется хороший шанс без угроз и крови принудить Подшивалова разорвать брак. Со мной в Благовещенск приехал отличный адвокат, можно сказать — клановый законник.

— Он из-за вредности может упереться и не дать согласие, — Настя слишком хорошо знала супруга, чтобы так легко поверить словам Никиты.

— Ну и что? — пожал плечами волхв. — У каждого человека есть чувствительные точки, нажимая на которые, можно добиться от него любой уступки.

— А у тебя они есть? — стало любопытно девушке.

— Пожалуй, гораздо больше, чем ты думаешь, — чуть подумав, ответил «брат» и нажатием кнопки опустил стекло-перегородку, приказал водителю: — Поехали обратно на стоянку.

«Соболёк» Насти никуда не делся, но остался в гордом одиночестве. Его более маститые соседи исчезли, освободив большую часть автостоянки. Девушка чмокнула Никиту в щеку, и в сопровождении Полозова дошла до своей машины. Они о чем-то быстро переговорили, и слегка зардевшийся потайник вернулся в «Фурию», сев рядом с Никитой.

— Настя к тебе неравнодушна, — заметил Никита, глядя на маневры маленького автомобиля.

— Стар я для нее, — привычно отмахнулся Олег, но как-то задумчиво.

— Не уничижай себя, — Никита пристально поглядел на друга. — Если я тебя попрошу быть при Насте личником, ты же не откажешься? Глядишь, девушка оттает, перестанет глядеть на людей злой волчицей.

— Она не злая, а несчастная.

— Тем более, сейчас ей нужен рядом мужчина… Я в том смысле, чтобы было кому поплакаться в жилетку, не переходя черту.

— Да понял я, — отмахнулся Полозов. — Подумаю. Вопрос в другом: у меня контракт с Патриархом. Что будем делать?

— Ты волен его прервать, — спокойно произнес волхв. — Я могу предложить тебе службу в своем клане, даже принять от тебя клятву верности, но почему-то думаю, что не стоит этого делать. Решай сам.

— И никаких обид?

— Олег, ну ты в самом деле от Насти голову потерял? — рассмеялся Никита. — Я твою ауру прочитал с того момента, как ты увидел девушку. Она тебе нравится, ты ей — тоже. Поэтому и предлагаю тебе взять сестренку под личную защиту. Съездите на какой-нибудь курорт к теплому морю, отдохнете. Вам как раз это нужно больше всего. Если сладится все — я только рад буду. Ну и о моем предложении не забывай. Хочешь — служи у меня. Не хочешь — препятствовать твоему решению не стану.

— Я хотел во Владивосток уехать, нравится мне там, — признался Полозов. — Насчет Насти… ты, пожалуй, прав. Я бы предложил ей туда съездить.

— Договорились, — кивнул Никита. — Решим вопрос, увезем отсюда девушку в Петербург на некоторое время, а потом… Приглашай куда сердце тянет. Я буду очень рад за вас обоих, честно.

— Спасибо, дружище, ты меня успокоил, — расслабленно вздохнул Полозов.

****

— Семен Аркадьевич, ну что вы так расстроились? — господин Флоринэ как адвокат дьявола, весь в черном, едва ли не ласково поглядел на мрачно сидящего за столом Подшивалова. — Бывают моменты и похуже этого.

— Например? — проворчал Семен, сдерживая свою злость, чтобы не залепить хороший хук справа в четко очерченную скулу ублюдка, выбившего из-под его ног последнюю опору в виде стрит-флэша со старшими картами. На кону стояли последние десять процентов личных акций семейного предприятия. И они оказались в кармане пронырливого цыгана. Что теперь скажет отец? Да ничего не скажет! Приедет в Благовещенск, грохнет непутевого сынка, закопает где-нибудь в лесу и уедет с чистой совестью.

— Авария на оживленной трассе, катер утонул на середине Амура, — пожал плечами «адвокат». — Не каждому дано хорошо играть, а играть мастерски — вообще единицам позволено. Я с трех лет за карточным столом, Семен. Знаю столько, что любой лицензированный фокусник с зависти удавится.