— Ты Векшин? — негромко спросил мужчина, лицо которого Алешка успел рассмотреть при лунном свете. Это еще парень, совсем молодой, его ровесник. Но во взгляде проглядывается матерость, как у Барса — инструктора новиков-потайников. Такое же спокойствие зверя, встретившего на тропе свою жертву.

— Я, — с трудом протолкнул лед в желудок Алешка.

— Мне твой брат подсказал, где тебя искать, — неожиданно произнес незнакомец.

— Что с ним? — потайник с тоской посмотрел на лежащий под ногами автомат.

Повисло молчание. Ночной гость плотно сжал губы, словно боялся, что страшные слова вырвутся наружу.

— Он жив? — в глазах стали набухать слезы, но Алешка сдержался.

— Он умер, — словно обухом по голове. — Увы, но твой брат ввязался в нехорошее дело. В очень нехорошее. Если бы в его голове не стоял ментальный блок, у него был шанс спастись. Он успел дать наводку на твой образ, а кровь привела моего слугу к тебе.

«Слуга» — та самая тварь из снежного кокона — довольно осклабилась. По его татуированной груди пробежали искристые молочно-сиреневые молнии. Красиво и жутко.

— Что вам от меня надо?

— Покажешь дорогу до Затонья и можешь быть свободным. Я тебя не трону.

Левая рука Алешки, лежавшая на бедре, незаметно пошла вверх, задирая край дубленки. Под ним на поясе висел отличный лопарский нож — финка. Подарок Бориса. Неужели этот странный тип в пальто думает, что Алешка Векшин проглотит известие о смерти брата и будет сотрудничать с врагом?

— Не вздумай, — жестко проговорил парень и что-то неуловимо изменилось. На плечи упала невероятная тяжесть, а тело стало вялым. В голове зашумело, парализуя волю к действию. — С тобой или без тебя, но я все равно найду ваше паучье гнездо. Ночь длинная, не тороплюсь. Сам решай, хочешь жить или сдохнуть здесь.

Тело Векшина забилось мелкой дрожью. Незнакомец явно владел Силой, и от осознания своей беспомощности хотелось заорать во все горло, чтобы его крик разбудил поселок. Погибнуть самому, но спасти остальных…

— Ульмах, приступай, — сказал страшный гость.

Демон радостно проурчал что-то невразумительное и мгновенно взмыл вверх, над самыми кронами съежившихся лиственниц и елей. А оттуда обрушился на поселок. Окутавшись белесой пеленой, домишки превращались в ледяные коконы. И все это происходило на глазах опешившего Алешки. Его мозг не мог принять картину экзекуции… или как все это называлось. Казнь? Месть за что-то такое, во что вляпался Борька?

Через каких-то несколько ударов сердца вместо опорного пункта осталась вымороженная пустыня с десятком саркофагов, погребенных под ледяным панцирем.

— В поселке живет очень много людей, — прошептал Векшин, глядя в неподвижные глаза гостя. — Ты их так же убьешь?

— Я очень расстроен, что твой брат выполнял недальновидные приказы атамана, — растягивая слова, ответил парень. — Нельзя было трогать моих людей, угрожать их жизни и нападать с оружием. За глупость командира должна быть коллективная ответственность.

— Тогда убей меня, — яростно прошипел Векшин. — Не хочу брать на себя кровь своих односельчан!

— Но есть другой вариант, — словно не слыша его, продолжал незнакомец. — Ты покажешь мне родовую усадьбу Авиновых. И я не трону больше никого. Такой размен тебя устроит?

И Алешка сломался. Он и раньше недолюбливал эту спесивую семейку, занявшую все административные должности, начиная от старосты и заканчивая атаманским жезлом. Хотя людей более достойных в Затонье хватало. Но Авиновы по праву крови, но не ума, главенствовали над простолюдинами, жившими в поселке, и никто не мог бросить им вызов. Одаренных лучше не злить.

— До поселка десять верст. Без техники не доберемся. Нужен снегоход, — мрачно ответил Векшин.

— За это не переживай, — голос незнакомца чуточку оттаял.

Векшин чувствовал какую-то нереальность происходящего, беседуя с человеком, появившимся из искристо-снежной воронки вместе со странной тварью, больше похожей на демона, коих рисуют в книжках про черное зло. И разговаривал незнакомец спокойно так, буднично, упоминая старшего брата Алешки. А вокруг царила невероятная тишина и жуткий мороз постепенно проникал под теплую дубленку. Ледяной пустыней разило от огромной полуголой твари, которая только что заморозила целую артель охотников.

— Тогда надо идти, — и завертел головой в поисках транспортного средства. Не в этом же коконе прибыл гость? И оторопел, когда тот показал рукой в завертевшуюся белую воронку. — Туда?

— Не бойся, — парень подтолкнул Векшина в спину. — Стой рядом со мной, не делай лишних движений. И думай, как выглядит усадьба Авиновых. Ульмах по твоим мыслям выйдет точно на цель.

Шагнув сквозь царапающие лицо снежинки, Алешка очутился внутри кокона и съежился от невероятного холода. Незнакомец встал рядом и крепко сжал его плечо, словно предупреждал: даже не думай делать глупости. Да попробуй их сделай! Здесь хозяйничала даже не магия, а какая-то неведомая мощь, высасывающая жизненные токи из тела. Даже одаренному было некомфортно в таких условиях.