– Ваше высочество, прошу, опустите руки в священные воды.

Хан снова глянул на Тирру, которой едва удавалось скрывать торжествующую улыбку. Она не выглядела удивлённой, будто знала, что всё должно было случиться именно так. А когда невеста вдруг послала ему воздушный поцелуй, Хан только убедился в её причастности.

И всё же просьбу служителя выполнил. Погрузил кисти в воду по самые манжеты рубашки. И в то же мгновение его запястья засветились голубоватым светом, и на них проявились рисунки.

Брачные.

Служитель смотрел на руки принца с таким видом, будто увидел привидение. Он заметно побледнел, а пальцы задрожали.

– Что там? – нетерпеливо поинтересовался король. – Мы можем продолжать?

Мужчина в рясе судорожно вздохнул и снова глянул на запястья Эрхана, будто надеялся, что ему показалось. Увы, татуировки не собирались пропадать.

– Прошу прощения, ваше… величество, – дрогнувшим голосом проговорил он. – Но я не могу завершить церемонию. Это невозможно.

– Почему?! – возмутился правитель Карфитского королевства.

– Потому что ваш сын уже женат. Его брак подтверждён и одобрен Всевидящим.

– Как… женат? – растерянно проговорил Хан, глядя то на татуировки, то на служителя. – Этого не может быть!

– И тем не менее, это так, – уже чуть смелее ответил тот. И добавил громче, обращаясь к гостям: – Приношу свои извинения, но я не могу провести свадебный ритуал. Союз леди Сойртлаерт и лорда Фар Орсаля невозможен.

Вот теперь зал взорвался. Кто-то возмущался, кто-то смеялся, кто-то молча покидал храм. А Хан стоял, как громом поражённый, и с ненавистью смотрел на свои запястья, покрытые вязью причудливых символов. Но, заметив боковым зрением промелькнувшую мимо красно-белую юбку, поднял взгляд на Тирру.

Девушка явно намеревалась уйти. Лицо она закрывала руками, и со стороны казалось, будто хочет спрятать слёзы. Но принц в это не верил.

– Стой! – рявкнул Хан и даже ринулся за ней, но его перехватил Лирден.

– Потом поговорите, – сказал тот, крепко удерживая друга за предплечье. – Сейчас нам тут только разборок не хватало. Обещаю, Хан, я вытрясу из неё всё.

– Ты тоже думаешь, что это её рук дело?

– Ни капли не сомневаюсь, – ответил ему Лир. – Но сейчас важно замять скандал. А с остальным мы разберёмся позже.

Хан медленно втянул носом воздух и всё-таки кивнул.

– Ты прав, – сказал он.

Повернулся к раздражённому отцу, который едва держал себя в руках. А когда их взгляды встретились, Хан понял, что подобного позора король ему не спустит. Вот только в этот раз его вины на самом деле не было. Он сам оказался жертвой и собирался во что бы то ни стало выяснить, кто, когда и как умудрился его женить. А потом в кратчайшие сроки разобраться этим недоразумением.

Эмирель

Путь до нужного места занял у нас почти неделю. Порталами мы не пользовались, чтобы лишний раз не привлекать внимание. Да и не хотелось тратить огромные суммы на переход и отправку вещей.

Литти всю дорогу дулась и причитала. Чем дальше мы уезжали, тем мрачнее становилось её настроение. Отец каждый вечер беседовал с ней, пытался убедить, что у нас просто не было иного выхода, но та упрямо не желала понимать. Ведь вся её привычная жизнь осталась в Варисе. Она скучала по подружкам, друзьям, школе. И на нас с отцом смотрела, как на врагов.

К счастью, когда мы достигли небольшого городка Локу, расположенного на побережье Синего океана, её настроение стало значительно лучше. А у меня появилась надежда, что она смирится, и мы сможем здесь прижиться.

Мы сняли небольшой уютный домик на тихой улочке недалеко от набережной. Несмотря на тёплый климат, жилища здесь строили исключительно из камня, а стены делали толщиной почти в метр. Вокруг росли высокие сосны. В воздухе витал запах моря, хвои и свежести. И всё это дарило странное ощущение окрыляющей свободы.

Стоя на широком крыльце-террасе, я даже позволила себе думать, что теперь уж точно всё будет хорошо. Нас всех ждала новая жизнь, новые знакомства, новые впечатления. Даже отец позволил себе вздохнуть с облегчением.

– Правильно говорят: что ни делается, всё – к лучшему, – сказал он, опершись на резные деревянные перила.

Вдохнул полной грудью и прикрыл веки.

– Пап, пообещай мне, что больше не свяжешься с сомнительными личностями, не сядешь за карточный стол.

– Клянусь, дочка, – ответил он. – Мне и тогда не стоило. Я же никогда до той ночи не играл. Да и вообще считал себя неазартным. А тут будто демон попутал.