– У тебя хорошие рекомендации. Мне бы не хотелось ставить точку в твоей блестящей карьере.
– Еще один откровенный намек на грани с угрозой. 

– А уверены, что сможете?

– Что именно?

– Поставить точку, - пояснил я.
– Давайте начистоту, Оскар. Вы, конечно, владеете определенным уровнем власти. Весьма высоким - я не спорю. Но угрожать мне не стоит. Многие до вас пытались, и результат им не понравился.

– Я жду ответа, - жестко припечатал тот.
– Кто?

– Не вы, однозначно. Это все, что я могу вам ответить. 

– Послушай, щенок, - начал было Мауретти, - ты даже не понимаешь…

– Хватит!
– резко перебил его я.
– У меня нет причин выдавать причины, по которым я здесь. Отдых или нет, заказ или нет - вас это не касается. Ваши опасения мне понятны - передел территории давно уже назревает… - Я многозначительно замолчал.

Все-таки информация правит миром, однозначно. Повезло, что Воронов успел нарыть достаточно до того, как я оказался в гостях этого мафиози. 

– В курсе, значит, - сквозь зубы процедил Оскар.

– Если честно, мне плевать. Повторюсь - я в отпуске. Верить или нет - решайте сами. 

– Еще и наглый, - покачал головой он.
– Не соврали про тебя.

На это я довольно ухмыльнулся. Да, репутация у меня была та еще.

– Ну, раз ты так убеждаешь, что не работаешь, так, может, возьмешься за мой заказ?

– Вы в курсе про мои расценки?

– Деньгами не обижу, поверь.

– Возможно. Но я не работаю с кем попало. И заказы выбираю сам. Если собирали про меня информацию, должны знать об этом.

– Что, боишься запачкать карму?
– насмешливо спросил Мауретти.

– Дело не в этом. Просто не люблю работать с отморозками, - поморщился я.
– Обычно это плохо заканчивается. А я не люблю плохие финалы.

– Странно слышать это от киллера.

– Плохой финал - это проблемы с заказчиком. Мое дело маленькое - устранить помеху, за которую заплатили. Но бывает, что сопутствующий ущерб и другие неприятности портят мне настроение. А мне это не нравится.

Какое-то время Мауретти задумчиво разглядывал меня, явно прикидывая, как дальше быть. То, что он перекроет мне кислород или попробует надавить, конечно, было возможно. Но вместе с тем я подозревал, что рисковать настолько босс местной мафии не станет.

Однако каждый может ошибаться. Даже я…

– Что ж, я тебя услышал, Олег. И меня вполне устроит, если ты просто устранишь помеху. Быстро и качественно.

Вообще-то, вступая на тропу мести, я не собирался работать какое-то время. Но отказываться сейчас было бы верхом недальновидности. Уверен, у Мауретти было достаточно дуболомов, чтобы решить его проблему, не прибегая к сторонним спецам. И раз он отважился на это, то, вероятнее всего, дело и правда деликатное. А учитывая, что я пока не узнал, почему Мария так похожа на мою сестру, то имело смысл взяться за заказ.

– Рад слышать, Оскар. Обсудим детали?

Таисия.

Если я думала в прошлый раз, что возвращались мы в тягостной атмосфере молчания, то сегодня поняла, что это были еще цветочки. Олег был словно оголенный нерв. И тем страннее было чувствовать это, когда внешне мужчина оставался невозмутимо спокойным.

Однако накал все равно ощущался, и умом я понимала - рано или поздно бахнет.

И дождалась-таки…

– Быстро же ты позабыла про своего женишка, - донеслось мне в спину, едва мы переступили порог виллы.

Я замерла, напрягшись, но оборачиваться не стала. Выходит, все-таки дело в Чезаре?

Пока размышляла, как лучше ответить, и вообще стоит ли, мужчина обошел меня по кругу, пронизывая темным взглядом, полным злости.

– Что молчишь, принцесса? Теперь итальяшку этого кинешься защищать? Короткая же у тебя любовь!

– А тебе какое дело?
– тихо спросила, стараясь не встречаться взглядом с Олегом.

– Мне?
– холодно процедил он, остановившись ровно передо мной. А затем Полянский все же вынудил меня посмотрел на него, крепко взяв за подбородок.
– Просто интересно, насколько ты шлюховата, детка.

Обидные слова полоснули наотмашь. Я была готова, что он начнет меня отчитывать за то, что я вела себя как-то не так, но не рассчитывала услышать подобные обвинения. Да и с чего бы ему так злиться на меня?

Судорожно вдохнула, стараясь сдержать слезы, которые наворачивались помимо моего желания. Почувствовав, что губы начали предательски дрожать, поджала их, надеясь, что смогу, что вытерплю эту пытку и не покажу своей слабости.