— Жизнь богини не моя цель. Ни один из миров не входит в круг моих интересов, — отвел он лезвие меча от наших лиц. — Но, если у мира с грофом не появится покровителя, я буду вынужден исполнить желание Дроби и взять все в свои руки.

Враг отошел назад, и я выдохнула, только сейчас понимая, что задерживала дыхание. Темноволосый мужчина убрал меч обратно в ножны. Я же вознесла мысленную молитву. На всякий случай, обратилась к одной конкретной богине. Не прошло десяти секунд, как та подала голос.

— Ладно, — недовольно ответила девушка. — Вот же доставучая! Возьму я его под свою опеку. Здесь действительно есть с чем работать. Ушедшие оставили несколько увлекательных реликтов. Сияние и гроф… вот же симпатичный сюрприз для склизких лягушек.

— Ягоды не особо против них помогают, — вспомнила я встречу Никия и элл Кхрима.

— Ох, наивная смертная. Не все же действуют так прямолинейно. А теперь прекрати святотатство и убери руки, пока я их тебе не поотрывала.

— Током щипаться не будешь? — подозрительно уточнила я, не веря в собственную удачу.

— Обойдемся без кары небесной, — встряхнула она волосами. Те как по волшебству сплелись в идеальные локоны. — Приношу свои извинения за вспышку гнева. После стольких лет сложно не поддаться эйфории. Сила накладывает свой отпечаток.

— Я думала ты богиня любви.

— Творец жизни, — поправила она, потирая шею. — Любовь, один из способов ее возникновения. А где любовь, там и искры. Иногда страсти, иногда чего поинтересней.

Флорин расправила плечи. Грациозно вспорхнула на ноги. Будто не было вспышек гнева и дротика с сильнейшим ядом. Она остановилась на границе света Сияния и тьмы Порционки.

— Не мешайтесь, — приказала девица.

— К тебе уже силы вернулись? — Я почувствовала себя обиженной.

— Ягоды роа что ромашковый отвар. Нервы успокаивает, но в кому не отправляет. — Фло задумчиво пожевала губу. — Не в таком количестве, по крайней мере.

По потолку побежала магическая сетка. Энергия хлынула с новой силой, но в этот раз я не чувствовала, что она вот-вот размажет меня по стене. Мягкое нежное тепло, будто пуховое одеяло, окутало с ног до головы, погружая в блаженную негу. Отчего-то сразу потянуло в сон.

Тинхе следил за работой богини. Но делал это он как-то механически, без особого интереса. Ему хватило несколько минут, чтобы увидеть все, что он хотел. Презрительно хмыкнув, он пнул дротик у себя под ногой.

— Ты собиралась использовать его на мне?

— Если потребовалось бы.

Когда потребовалось бы…

— Какая жалость, что ты использовала последний заряд на благо мира, — притворно посочувствовал он. — Вставай, мы уходим. Когда она закончит плетение, выбраться отсюда станет сложно. Это и тебе информация, — бросил он через плечо Аматри.

— Я, пожалуй, здесь подожду, — притянула я к себе колени, поджимая складки непокорного платья. — Вдруг какие еще боги заглянут и захотят поинтересоваться, не хочу ли я вернуться в родной альма-матер.

— Это не предложение, моя недогадливая Дробь. Ты уходишь со мной.

— Никуда я с тобой не пойду, — буркнула я. — Аматри все доходчиво объяснил. Ты проиграл. Я победила.

Мужчина потер лоб, будто у него внезапно началась мигрень.

— Уверена?

— На сто один процент.

— И снова она права, — где-то там поддакнул Аматри.

— Не в этот раз, — ответил ему Тинхе. Его голос потерял все оттенки эмоций, а вот глаза внезапно стали пугающими и безжалостными. — Она отдала свою магию. Она сделала первый шаг к отречению от Предназначения.

— Ах, ну да. — Аматри скрестил руки, прислонившись к столу. — Еще рано.

Богиня с поднятыми руками стояла у разрушенной стены. Купол медленно наполнялся свечением, отгораживая нас от опасного влияния грофа и гипнотического Сияния. Конечно, я рассчитывала, что волшебным образом на зданиях распустятся цветы, в небе запоют птички, а радуга (не вызванная радиоактивными излучениями), опустится на зеленую долину с роскошными деревьями и чистым прудом, но видимо у богини были свои планы. Ну, ей виднее.

— Мир спасен, — пояснила я. — Другого рычага давления у тебя нет. Я не отрекусь от воли богов. Мне, конечно, плохо. И вера в человечество пару раз пошатнулась. Но сейчас моя сила духа на высоте.

Для убедительности я подняла большой палец вверх. Изобразить воодушевление иным способом было выше моих актерских способностей.

— В чем-то боги правы, — неохотно признал Тинхе. — Не всем следует давать свободу выбора. Ты совершенно не умеешь принимать правильные решения.

— Даже спорить не буду.