Взять, скажем, Дима — яркий тому пример. Несмотря на то, что мы знакомы уже целую вечность и, как он сам утверждает, съели вместе не один пуд соли, некоторые из его поступков и высказываний до сих пор ставят меня в тупик.

Что такое «пуд»? Неизвестно. Скорее всего, какая-то мера веса, хотя вариант с особого рода посудой тоже не исключен. Отчего-то воображение при упоминании этого самого «пуда» услужливо рисует огромных размеров котел… или, скажем, чан, по самую кромку наполненный солью. А вот для чего нам могло бы понадобиться этот самый пуд есть — вообще загадка. Ничего не помню о столь экстравагантной трапезе. Никакую соль никогда не ел, даже не притрагивался. А когда время от времени напоминаю Диму об этом, то моментально превращаюсь в объект весьма едких шуточек и насмешек.

И тем не менее, он все равно остается замечательным человеком и моим другом. Дмитрий Константинович Смирнов, бессменный и единственный в своем роде пилот грузопассажирского лайнера «Феникс», красы и гордости всех хоженных и нехоженных трасс солнечной системы. Правда, сам Дмитрий предпочитает называться просто Димом. И слава Богу! Даже у меня ушла целая пропасть времени на то, чтобы научиться правильно выговаривать его полное имя.

И хотя, казалось бы, за столько лет я должен был узнать его куда лучше, чем он сам воображает, так нет же — все равно умудряется иногда выдать что-нибудь этакое, от чего у окружающих происходит сплошное недоумение и душевный ступор. Вроде этого пресловутого «пуда». Или вот еще — «собаку съел»… Н-да… Ну, меня-то озадачить у него теперь вряд ли получится, к подобным сюрпризам я за долгие годы слегка попривык и по возможности стараюсь никак на них не реагировать, но на свежего человека они могут произвести крайне неоднозначное впечатление. Если он, конечно, не русский.

Удивительно, но наш МакДак сразу же нашел с ним общий язык, словно общался с русскими всю свою сознательную жизнь. И на Луну согласился без особенных возражений, особенно когда Дим в красках, используя довольно рискованную на мой взгляд лексику, разъяснил ему истинное положение дел с нашим «Фениксом». Лишь покачал головой и грустно усмехнулся, но тем не менее, даже заплатил вперед, что по нынешним временам дело вообще невиданное.

А я-то, дурак, только обрадовался. Ну как же, сумма оказалась такой, что Дим от изумления лишь выпучил глаза и страшно на меня заморгал, беззвучно вопия: «Соглашайся, старый болван! Сам подумай, ну кто еще тебе столько предложит?! Похоже, лишь на Марсе сохранились подобные лохи, в других местах они уже лет сто как перевелись. И даже не вздумай отказываться, а то уйду от тебя к чертовой матери, и ищи тогда пилота где хочешь. И еще не факт, что тебе повезет. Ставлю сто к одному, что другого такого идиота, вроде меня, ты не найдешь даже с фонарем при ярком солнечном свете, они теперь штучный товар. Сам подумай: много ли на свете осталось недоумков, которые согласятся пахать, словно лошадь, и при этом не получать жалованье по полгода. А? Вот то-то… Да не тяни же ты, а то передумает!»

Ну, и я, конечно, согласился.

И вовсе не потому, что так уж испугался потерять неплохого пилота.

Ну куда же ты, Дим, от меня денешься? За долгие совместные вахты и намотанные по солнечной системе миллиарды километров мы давно уже приросли друг к другу так, что любые попытки разрушить нашу дружбу представляются попросту смехотворными. В этом смысле мы с тобой как сиамские близнецы. Ты, конечно, можешь возразить, не спорю. Мол, разделить сиамских близнецов давно уже не проблема. Что ж, верно. Но только хирургическим путем.

Ручаюсь своей седой головой, что ты, Дим, никогда не бросишь нас со стариной «Фениксом», что бы там ни случилось. Даже если тебе предложат место пилота на какой-нибудь «Ириде». Ну сам подумай, может ли самая распрекрасная «Ирида» сравниться с заслуженным ветераном солнечной системы грузо-пассажирским транспортником «Феникс»?.. Да ни в жизнь. Тут даже и говорить не о чем.

И если есть хотя бы малейший шанс благополучно дотянуть до Луны, то устроим-ка мы нашему старичку настоящий капитальный ремонт. А что? Мастерские на Луне — одни из лучших в солнечной системе, хотя и не из самых дешевых, надо признать. Зато никаких нареканий по поводу качества работ.

Значит, шпангоуты перебрать — это в первую очередь… Обшивку подлатать кое-где, а то местами совсем уж стала напоминать старое ржавое ведро… да и подтекает безбожно, заплатки ставить не успеваем… Хорошо бы еще реактор почистить, но это совсем уж в идеале… Э-эх! Мечтать так мечтать! Заменить к чертовой матери всю электронику, чтобы не приходилось каждые два дня заниматься ремонтом главной антенны, да и рубку привести, наконец, в человеческий вид…

А деньги? Что ж… Деньги на счет уже поступили, и у меня нет даже тени сомнения, что ты, Дим, тоже не пожалеешь своей доли на столь благое начинание. И пусть наших совместных накоплений хватит лишь на половину задуманного. Пусть! Зато потом… хочешь на Марс, хочешь на Землю, я уж не говорю про спутники всяких там Юпитеров и прочих Сатурнов…

Капитан Хокинс откинулся на спинку кресла и мечтательно закатил глаза к небу. Настроение начало стремительно улучшаться. Происки службы безопасности в лице ее отдельных представителей как-то незаметно отодвинулись на второй план.

Ничего! Мы еще поборемся за место под Солнцем! А то я совсем уж было решил, что пришла пора бедняге «Фениксу» становиться на последний прикол.

И мне вместе с ним…

Голос пилота внезапно прервал сладкие мечты на самом приятном месте.

— «Венера-Орбитальная» напоминает, что коррекция орбиты для выполнения гравитационного маневра к Земле через двадцать шесть с половиной минут.

— Э-э… принято, — ответил Хокинс, с трудом прогоняя маячившее перед глазами видение обновленного «Феникса». — Как у нас с готовностью?

— Пятьдесят на пятьдесят, — хмуро ответил Дим. — Маневровые двигатели либо сработают, либо нет. Может получиться как тогда над Титаном…

Не приведи Господь, подумал Хокинс. В тот раз бедняга «Феникс» едва не увяз в плотной ядовитой атмосфере самого крупного спутника Сатурна, и если бы двигатели в последний момент все-таки не включились… Охо-хо… Ничего хорошего нам тогда совершенно определенно не светило бы. В самом благополучном варианте мы испытали бы на себе все прелести купания в море жидких углеводородов. А вот в противном случае… хм… об этом лучше даже и не думать. Вряд ли корабль пережил бы аварийный спуск в густой метановой атмосфере, а наши сегодняшние наниматели совершенно точно не имели бы теперь исключительного удовольствия путешествовать на Землю в нашей с Димом компании.