И, с точки зрения развития меня, как колдуского инженера, на что эфиряка нацелился, а я не возражал, было это правильно.

Ну и, наконец, около пяти процентов работающего было «хер знает что, но очень интересно». Те самые лакуны в дживсом образовании, о которых он мне жалко плакался в жилетку. То есть, не вполне понятные принципы работы, интересные и перспективные (от волны всеуничтожающей мути, хорошо, что ограниченной несколькими метрами, я перспективно драпал километр, помнится. Правда в этом марафоне победили раки и Котя — последнюю они просто прихватили на руки) результаты. Тут Дживс честно говорил, что набирает данные, чтоб впоследствии сам, или вместе со мной понять — что это за хрень, как работает, ну и как нам с этой хренью жить. Или не жить с ней, а хрень эту нахрен — тоже вполне себе вариант.

С учётом что освоено было менее пяти процентов утыренного — возможно и натеоритичим-напрактичим чего. Но это я, как понятно, оставил на партнёра.

А сейчас — в систему вваливались из гипера пара здоровых тягачей, прущих станцию (которые веганы ОЧЕНЬ хотели втюхать Лисе, но мы не дались) и среднетоннажные транспортные суда.

А пока веганы маневрировали, подгоняя наше добро к указанным орбитам (ещё и кобенится пытались, но Лиса на них рявкнула), я обдумывал и подводил итоги не столько того, что мы наделали на планете. Кроме того, «делать» ещё до хрена надо на орбите, со станцией и веганскими корытами. Ведь сто процентов, открутили все гайки и спёрли все полимеры, веганы такие, я знаю!

Сколько результаты возвращения Клешни в информационном пространстве. Компании, запущенные в сети, контр-компании от всяких корпоративных гадов (запускали, сволочи!) ну и вообще, что у нас из этого котла наварилось, согласно информации Лисы, Нади Дживса, Коти и орды каких-то невнятных хакеров и рекламщиков, нанятых ими.

Итак, Клешню в целом, в новом формате Дома приняли благожелательно. Но… высокая планка одновременно отпугнула — переговоры о индивидуальных контрактах даже не велись. Велись переговоры «о намереньях». Что приятно — речь шла о вкусных и денежных контрактах. Но, в основном, долговременных. И пока на уровне «было бы не плохо».

А вот дальше нюансы. Насчёт наёмничьей Тортуги в сети пока не было ни слуху, ни духу. Мы информацию не выкидывали, а немногие допущенные из каждого утюга не орали.

А вот рекламная компания запущенная насчёт наших ещё не продающихся товаров уже принесла много пользы. Причём, что самое смешное, шла эта польза от недоброжелателей.

Итак, ведётся значит рекламная компания. Так мол и так, Благородный весь из себя Дом Форфис предлагает номенклатуру товаров. И характеристики, и цены. И место — так и так, эксклюзив Дома, торговля только малыми партиями конечному потребителю, перекупщикам тута не рады.

Кстати, на эту тему был спор-не спор, но разбор полётов с Лисой. Она, по корпоративной привычке, начала говорить о фьючерсах всяких противных и прочей фигне. Акционировании, привлечении субподрядчиков и прочей неудобоваримой хрени. Мол это нужно, объемы, клиенты, тыры-пыры.

Но закалённый Тёмной Стороной Лори я, выслушал аргументы и вынес веский вердикт.

— Нахер.

— Ан, ты не понимаешь, прибыли…

— И хер с ними. Лиса, ты забыла, для чего мы всё затеяли. Это не вечная игра: «заработать побольше денег». Производство Инея преследует конкретные цели и не то, что «сверх», но и какие-то просто большие прибыли… нахрен не нужны. У нас нет проблем с деньгами. У нашей семьи. У Клешни. У нашего дома. То, что сейчас есть на Инее — обеспечит нам роскошную жизнь, просто валяясь на пузе. Со всей возможной и невозможной роскошью.

— Кхм, Ан. Ну в общем — я это понимаю. Но так дела…

— Я, ну и, соответственно мы так будем вести дела. Оборудование для Досов нужно не для извлечения сверхприбылей, а для привлечения пилотов, в перспективе — перебазирования Биржи. Точка. Далее, оборудование для форпостов нужно для привлечения клиентов и рекламы Инея. Это вторая точка. Захваты рынков, субсидии, консолидации и субподряды всякие, как я и говорил — нахер.

— Хм, ну если воспринимать производственную деятельность как этакую рекламную компанию Дома, — пыталась «уложить» в голове концепцию «нахер сверхприбыли» Лиса. — То, в принципе, понятно, — несколько просветлела она.

— Так и воспринимай. Соответственно, вот у нас хотят оптовые поставки и сами продавать, — потыкал я в запрос корпов. — Вот им! — продемонстрировал я дулю, а подумав, добавил вторую. — Наша выгода не в деньгах. И нам невыгодно, чтоб ОНИ продавали НАШ товар не у нас.

— В рамках продвижения — согласна, вполне понятно. Только Ан, учти, отказываясь от подобных предложений, в рамках корпоративной этики мы ухудшаем отношения.

— Можно подумать мы с ними в дёсны целуемся, — хмыкнул я. — Торговый конфликт?

— В перспективе — возможно. Но явно не сразу. Деловое не благоприятствование, поддержка враждебных сил… как-то так, — ответила она.

— Ну и хер с ними, — заключил и я. — Уж что-что, а корпоративные закупки нам нахер не сдались. А от наёмников, в ущерб себе, они не откажутся.

— Да, возможно. Но учитывать возможную негативную реакцию надо.

— Вот и займись, — сделал я логичный вывод. — Всё равно во всяких торго-биржевых и прочих делах ты разбираешься лучше всех.

Так вот, наши посылы всяких корпов нахер и дальше (совсем приставучих) вызвали ответную негативную реакцию. Столь позитивную, что Котя, посчитав, чуть не разогнала нанятых пиарщиков.