Шрифт:
Сусанна с неким намеком умолкла.
Не люблю недосказанностей. Иногда то, что подразумевается, оказывается неправильно понятым. Собственно, не иногда, а очень даже часто.
– Ну и? – подтолкнул я к завершению.
– Какие, к черту, лекции, они туда за другим ходят!
– Конкретнее.
– Ты тупой? За сексом!
– Там же только женщины.
– Да? Откуда же тогда у одного рогоносца, Филиппа, кажется, ребенок взялся?
Я собирался объяснить, откуда, но Сусанна победоносно завершила:
– А ведь он от природы бесплодный!
– Но я там был и сам видел…
Глаза Сусанны загорелись:
– Серьезно? Везде успеваешь. Завидую. И что же видел?
– Ну, танцуют, поют, потом раздеваются. Купаются.
– А дальше?
– Никакого дальше.
– Тогда ты что-то не то видел. Или не все. Анюта один раз тоже участвовала и такое рассказала…
– Не тяни.
– Что получу взамен?
– Глаза без фингалов.
– Кавалер ты просто божественный, умеешь уговорить девушку. Короче, мужик к ним приходит какой-то нереальный. Они с него тащатся, как морда бомжа по асфальту.
– И Анюта?!..
– Говорит, все было как во сне, ничего не соображала. Что все делали, то и она.
А у меня в голове сверлило: Филипп, Филипп… Что-то знакомое. Ёж бизонь-мачту об тыковку, это ж Филька!
Тогда складывается как в легенде строителей Кхаджурахо: «Бог луны тайно полюбил земную женщину…» В глазах Челесты, к примеру, я должен выглядеть таким же лунным богом. Выходит, Альфалиэль тоже? Бог луны, а? Если могу даже я… И предания останутся точно такие…
Для обладателя корабля это семечки, каждый владелец – временный вроде меня или постоянный – использует могучую технику по своему разумению. Я получил корабль уже как бесхозное имущество. Выходит, Альфалиэль – не преданье старины глубокой и не модная дурь новой секты, а тот парень с медальоном. Мой предшественник. Рассказчик занимательных историй и гроза женщин деревни Запрядье.
И – как же больно… – беззаветно ожидаемый любовник Полины. Тот, кого она почитает за Бога.
Кажется, я основательно отвлекся, и взгляд вновь сосредоточился на вдруг активизировавшейся Сусанне. Нет, она даже не вставала с кровати, просто стягивала с себя костюм. И не только костюм.
Передо мной вырос курган материи, еще хранившей тепло носимых внутри богатств. Источаемая ими соблазнительность сгустила воздух. Что уж говорить о самих подробностях, полновесно открывшихся взору.
– Ты же об этом думаешь? – бархатно и чуть ехидно проворковал понежневший голос. – Я знаю, мужчины любят глазами. А женщины, открою тебе тайну, любят когда их любят. И всегда – иногда специально, иногда не задумываясь и совершенно непроизвольно – идут навстречу.
– Так уж и всегда, – буркнул я. – А то не знаю. Ты со мной только из-за доку…
– Тупица, – перебила Сусанна. – Головой думай, если она еще думает. Согласна, ты не прынц на белой кляче. Не так давно я считала, что кляча. Ошиблась, признаю. Ты не скучный. К тому же… – В ее взгляде мелькнуло лукавство. – Принца можно ждать всю жизнь, а мужик нужен каждый день. А ты мне по-прежнему нравишься. Что я говорю, не по-прежнему, а намного больше! А ты… Ты хочешь меня?
– Да! – внезапно для самого себя сознался я. – Хочу! Но хочу не как женщину…
Глаза Сусанны округлились.
– Господи-боже…
– Не столько как женщину, – поправился я, и голос наполнился суровостью, – сколько отомстить за все, что из-за тебя произошло со мной. Все нужное – в тумбочке, как обычно?
И я отомстил. Грубо и жестко.
А этой поганке стоеросовой, черт бы ее подрал, снова понравилось. Ну нет в мире справедливости.
Глава 2
Когда сердце унялось и восстановилась возможность мыслить трезво, я вновь схватился за автомат. Сусанна рассмеялась:
– Не отниму, не бойся. Сама его боюсь.
И все же я заправлялся одной рукой, а вторая не выпускала оружия.
– И нападать на тебя не собиралась, зря нервничал и обоим удовольствие портил, – расслабленно продолжала Сусанна. – Если с двумя бугаями сладил, куда уж мне. Да, ошибалась. Может, ты и есть сказочный принц, в которого не верилось? Ведь всегда так, счастье бродит где-то рядом, а мы его не замечаем…
Меня передернуло.
– И не мечтай.
– Как ты сумел сбежать? – после некоторой паузы поинтересовалась раскованная подружка.
Она развалилась в позе Данаи и не стеснялась даже того, что в соседней комнате лежат два охранника, и по звукам они, скорее всего, прекрасно понимают, что здесь происходит.
– Смотрела кино про человека-паука? – вопросом на вопрос ответил я.
– Ну?
– И о паркуре, надеюсь, слышала?
– Ну?
– Чего «ну»? Дальше сама что-нибудь придумай.
Сусанна в задумчивости водила пальчиком по спелому бедру – гладкому, с малиновыми пятнами от моих рук.
Словно очнувшись, я вновь хмуро собрал морщины на лбу – на время оставшиеся без контроля, они расплылись в сладком умиротворении.