— Я дал исчерпывающий ответ?

— Да, спасибо. Согласна с Вашей точкой зрения по поводу денег… Они решают многое. Но не всё.

— И хорошо, что не всё. Иначе в этом мире не осталось бы ничего святого.

— Ваша правда.

— А теперь моя очередь спрашивать? — хитро спросил Яр спустя некоторое время.

— Спрашивайте.

— Почему Вы покинули пост заместителя директора одной из самых крупных юридических контор столицы?

— Откуда Вы об этом знаете? — напускное спокойствие тут же слетело с её лица.

Если он знает об этом, то и остальное для него не секрет?

— Когда-то я Вам сказал, что работаю только с проверенными людьми. Не волнуйтесь, я не имею привычки копаться в грязном белье своих компаньонов, но узнать о том, чем они «дышали» до того, как пришли ко мне, не стесняюсь.

— А Вы вообще, наверное, ничего не стесняетесь, — гневно произнесла Амалия, вспоминая его «проверку».

— Возможно. Только не могу понять, почему Вы так разволновались? Вы, наоборот, должны гордиться тем, что достигли таких высот в карьере.

— Я никому ничего не должна.

Амалия понимала, что её пылкая реакция, наверняка, сильно удивила Гилимханова. Но ничего поделать с собой не могла. Уже в который раз Ярослав заставлял её выворачиваться наизнанку.

С облегчением заметив, что машина въехала во двор, где располагался её новый дом, девушка всё же нашла в себе силы, чтобы взглянуть на мужчину.

— Извините. Не знаю, что на меня нашло. День сегодня такой, что голова просто кругом идет.

Заглушив двигатель, Ярослав хищно улыбнулся и всем корпусом развернулся к Амалии.

— Извиняю. Но вопроса своего не снимаю.

Огорошенная такой бестактностью, девушка достала из сумочки очки и, нацепив их на нос, в упор посмотрела на Гилимханова.

— Всего доброго, Ярослав Викторович. Спасибо за то, что подвезли. Ваше обязательство по поводу утра я снимаю. Вызову такси.

Она уже взялась за ручку, собираясь открыть дверь, как вдруг услышала щелчок замка.

— Не так быстро, Амалия Дмитриевна. Всё должно быть по-честному. Раз уж я дал ответ на Ваш вопрос, то хочу услышать ответ и на свой.

— Ну, хорошо, — разъяренно процедила Мали. — Мой начальник был моим любовником. Когда он мне надоел, я решила уйти. Теперь Вы довольны?

Выражение лица Ярослава было абсолютно безмятежным.

— Я буду доволен, когда услышу правду, — произнес он. — И снимите эти чертовы очки.

Быстрым движением Гилимханов стянул их с девушки и отбросил на заднее сидение.

— Ярослав Викторович, Вы совсем… охрен*ли?

Если он сейчас же не остановится и продолжит в том же духе, она за себя не ручается.

— Итак, начнем сначала. Почему Вы бросили столь престижную работу и переехали сюда?

Он наклонился к девушке настолько близко, что ощутил тепло её учащенного дыхания.

— Ярослав Викторович, — Амалия сделала последнюю попытку урегулировать ситуацию, — откройте, пожалуйста, дверь. Я устала и хочу домой.

— Я тоже, — сосредоточенно разглядывая её лицо, прошептал Гилимханов. — Хочу к Вам домой. Угостите своего делового партнера чашкой кофе?

— Угощу. Приходите завтра ко мне в обеденный перерыв, и я обязательно сделаю для Вас чашку ароматного, крепкого кофе. У меня в кабинете стоит отличная кофе-машина.

Амалия попыталась хоть немного отодвинуться в сторону, но рука Ярослава мгновенно преградила ей путь.

— А я сейчас хочу.

Ладонь мужчины аккуратно легла на плечо девушки и поползла вниз.

В этот самый момент что-то взорвалось внутри Амалии. Резко сбросив с себя руку Яра, она взглянула на него так, словно собиралась прибить на месте.

— Уберите от меня свои руки. Вы забываетесь!

— Вы так считаете?

Ярослав и сам понимал, что переходит все границы. Но в него будто бес вселился. Притяжение к Мали было настолько сильным, что ни о чем другом в данный момент он не мог думать.

— Мне кажется, Амалия Дмитриевна, — шептал он практически в самые губы девушки, — что Вы хотите того же, что и я. Но просто… боитесь поддаться соблазну.

— Вы ошибаетесь, — выдохнула Мали, отчаянно борясь с желанием, которое всё быстрее и быстрее растекалось по венам.

Как же сложно противостоять ему! Он словно умелый укротитель… Дразнит и тут же предлагает сладкое лакомство… Хлестко бьет и тут же нежно гладит…

— А в чем именно я ошибаюсь? В том, что касается Ваших желаний? Или же страхов? — их лица разделяло всего лишь несколько миллиметров. — Так что, Амалия Дмитриевна? Скажите, что Вы не хотите того же, о чем мечтаю я…