– Нет. Я - тьма. Доброта, долг - это человеческие понятия. Вы их столько наплодили, что даже к богам прилипло. А я от всего этого свободна. Мне просто, человечек, нужно подготовиться.

– Я уже был в Тааливисто, - сказал Фьольвир.

– И что, не понравилось?

– Нет.

– Это, поверь, не моя печаль, человечек.

– А если я…

Фьольвир почувствовал, что кто-то тянет штир у него из-за пояса, и дернулся было, но услышал шепот:

– Говори, арнасон, не останавливайся. Я у тебя на время позаимствую.

Унномтюр! Фьольвир не видел своего провожатого, но щипок пониже спины ощутил. Радость вспыхнула в нем. Не фантазия, не призрак в голове!

– Говори, - чуть ли не в ухо ему дохнул Унномтюр.

– Что, если я пробьюсь через твоих вахенов?
– спросил Фьольвир тьму.
– Вот через этих, прямо к тебе?

– Хм.

– Если не пробьюсь, что ж, умру, - добавил Фьольвир.
– А если пробьюсь, ты отдаешь мне шкатулку.

– С твоей стороны - совсем небольшой подарок, - заметила тьма.
– Я могу убить тебя и так. Не вижу, с чего бы мне соглашаться.

– Проверишь, так ли хороши твои вахены, - сказал Фьольвир.

Тьма фыркнула.

– Человечек! Они сражались против Йоруна и Стергруна! Против богов войны и оружия, Хейтанна и Калнира, против бога удачи Ульдафьоллира!

– Но против меня-то - нет.

– О, да, ты - герой!

Тьма что-то гортанно выкрикнула, и ряды вахенов загромыхали смехом. Защелкали зубы, заходили языки.

Фьольвир крутнул в руке топорик.

– Ну, вот, хотя бы повеселишься, - сказал он.
– Если я совсем буду никуда не годен, то, надеюсь, подарю немного радости твоим воинам.

– Тебя слишком мало для радости, - сказала тьма.

– А так?
– спросил кто-то сбоку от Фьольвира.

Повернув голову, Фьольвир увидел своего двойника, вооруженного коротким мечом и кинжалом.

– О!
– заинтересовалась тьма.
– Вас двое! И этот тоже босой!

– Трое!
– услышал Фьольвир.

И обнаружил обжору-усача с копьем по другую от себя сторону.

– Я подумал, - сказал тот, - что если тьма действительно на пороге, то… Собственно, чего я теряю, кроме своей еды?

– Я рад, - сказал Фьольвир.

– Мы оба рады, - поддержал его двойник.

– Ну, это уже интересней, - сказала тьма.
– Будет ли кто-то еще? Все-таки вас маловато.

– Я еще!
– раздался задорный голос.

Фьольвир увидел вставшего за усачом Хворвика. На шее, закрывая разрез, у него была повязана тряпка.

– А ты как здесь?
– спросил Фьольвир.

– Не знаю, - ответил Хворвик.

– Но ты же…

– Ага.

– Очень интересно, - пошевелилась тьма.
– Будут ли еще любители умереть? Просто проходной двор какой-то сегодня. Все так и ломятся ко мне на встречу.

– Мы.

Коротким строем вынырнули из сумрака и выстроились за двойником кааряйны вперемешку с соломенными йотунгами.

– И мы, - встали с другой стороны стражники и недавние обитатели дворца Сарина Инца.

Компания была пестрая, в рубашках, везингах и доспехах, измазанных кровью.

Фьольвир ничего уже не понимал. Зато тьма, словно принюхиваясь, повела головой.

– Как от вас тянет эйхе! Прекрасно! Прекрасно! Все с толикой божественных сил! Славное будет сражение!

– Так ты согласна?
– крикнул Фьольвир.

– Я с удовольствием посмотрю, как мои вахены порубят вас на кусочки, человечек. В мелкую окрошку.

– Ха, я не против!
– облизнулся усач.

– Только нам надо видеть шкатулку!
– донесся из строя кааряйнов голос Унномтюра.
– А то ради чего - в окрошку? Просто так?

Тьма захохотала.

– Обожаю самоуверенных человечков!

Она вытянулась, выпростала из-под брызнувшего мраком хелька тонкую руку и вознесла ее на неимоверную высоту. Там, на высоте, под самыми тучами и сверкнула рунами шкатулка.

– Достаточно?

– Пойдет!
– сказал невидимый Унномтюр.

Фьольвир кивнул.

– По крайней мере, видно.

– Замечательно!
– оценила тьма.
– Мне уже не терпится увидеть ваши трупы! Кто даст сигнал?

– Наверное, я, - сказал Фьольвир.

– Человечек в одном сапоге…

– Вообще-то, герой.

– Да-да, я помню, Фьольвир Маттиорайс, - кивнула тьма.
– Только ты, человечек, не стой, у меня времени мало. Впереди - целый мир, а потом - еще один, и еще! Наплодили, понимаешь, миров твои боги… Творцы так себе, но самомнения… Точно знаю, самомнение от них к вам перешло. Ну, подавай сигнал!