Пока мы любовались скоплением чудищ, что находилось впереди, наблюдатели с крыш машин нас не заметили. Это, несмотря на то, что мы однозначно находились в пределах прямой видимости. Уж не знаю почему. Может у них есть какой-то агрорадиус как в играх. Может у них у всех поголовная близорукость и дальше десяти метров они ничего не видят. Однако все изменилось, как только кто-то запрыгнул на наш джип сзади.

Услышав удар по крыше, супруга вжала голову в плечи, но щека вроде не дергалась. Видно состояние уже такое, что организму не до нервного тика. Я тоже чуть струхнул, но тут же вспомнил, что мы под броней и стал высматривать, кто там такой наглый, в боковое зеркало со своей стороны. Ольга заняться этим же не могла, поскольку ее зеркало оказалось поломано об стену здания, когда мы блокировали Форчунером вход в оружейный магазин. Мелькнула поросшая шерстью когтистая лапа с голой ладонью и высунулась вытянутая звериная морда. Разумеется, это был оборотень. Довольно крупная, но теперь уже не особо пугавшая тварь.

— Попробуй сдать назад. Может, слетит, — предложил я супруге, понимая, что вылезать из машины пока тварь на крыше не вариант, а ехать вперед значило приближаться к затору и монстрам.

Супруга правильно поняла что делать. Она резко дёрнула наш броневик назад, и оборотень съехал на капот. Увы, дальше монстр не полетел, а распластался звездой и зацепился всеми четырьмя конечностями. Форчунер продолжил движение назад, набирая скорость до предела, позволяемого задней передачей, вильнул влево и тут монстр, наконец, слетел. Оказавшись на дороге, оборотень кубарем покатился по асфальту. Остановилось чудовище, только врезавшись в надежно обнявшую своим передком фонарный столб, легковушку. Без подсказок и понуканий Ольга тут же стала разворачивать машину мордой в сторону центра города.

— Проедем по Мичурина, — прокомментировала моя половинка свои действия, чем заслужила мой одобрительный кивок.

Оборотень пролежал спокойно лишь несколько мгновений. Он пошевелился, перекатился со спины на живот, поднялся на карачки, потряс звериной мордой и, стартовав из такого положения, бросился в погоню за нами. Видимо головой он ударился действительно крепко, и варила у него совсем не очень, поэтому монстр не убрался с пути, как раз сдающей назад машины и получил сокрушительный встречный удар многотонной махиной. Ольга видела его забег, но намеренно не вырулила и правильно сделала.

Разумеется, этот мощный удар снова отправил тварь на асфальт. Жена не стала на него наезжать, а включила переднюю передачу, выкрутила руль в нужную сторону и мы поехали обратно к центру города. Оборотень поднялся во второй раз, и хромая попробовал нас преследовать, но с самого начала стал безнадежно отставать. Зато крутившиеся у затора из машин и прочие чудовища, среагировавшие на происходящее, быстро догнали и перегнали неудачника. Правда, я все равно не особенно переживал. Сейчас патронов у меня на всех хватит. Главное держать их на расстоянии.

— Остановись, — велел я, супруге решив, что копить преследователей глупо.

Решил не по прихоти. На Мичурина, по-быстрому, мы могли попасть только по узким переулочкам или дворами. Иначе объезд получится слишком уж длинный. А попадись нам в узком месте во дворах брошенная машина, то придется переходить на пеший порядок. С большим количеством преследователей так можно и встрять. Хватит, чтобы лишь чуть-чуть кто-то придержал, выбежав на дорогу впереди. Даже десятка монстров не надо. Попадется помимо брошенной машины пара лишних упырей на пути в узком месте и волна чудищ нас догонит и накроет медным тазом. Да и жизненная сила все же была нужна. Ее хотелось, как алкашу бухнуть. Отрицать этого не стоит. Похоже мы теперь попросту наркоманы.

После моих слов Оля без вопросов тут же остановила Форчунер и я, почти выкатившись наружу, в очередной раз взялся за Сайгу. Выстрел в ближайшую набегающую тварь. В оружие вставлен магазин с разносортицей патронов, но дробовых нет. Тело упало пластом с одной дыркой в черепе. Однозначно попалась пуля, да вот только вопрос какая. У нас в Трофее продавалось несколько видов.

Второй выстрел и вторая тварь катится по асфальту, но эта еще жива. Новый выстрел не в подранка. Он выведен из строя, и опасность представляет не сильную, а вот другие твари все еще спешат к нам со всех ног. Так что выстрел, выстрел и еще несколько. Смена магазина. Передернуть затвор. Выстрел. Наконец с ближайшими тварями оказалось покончено. Они все сложились на асфальт, но не сказать, что все лежат смирно. Минимум три пытаются ползти в нашу сторону. Ну, вот реально, им бы прочь поползти. Включается же инстинкт самосохранения. Иногда.

— Слева! — крикнула безоружная Ольга, через приоткрытое окно и я бросил взгляд туда, куда она сказала.

Из подворотни ближайшего дома выскочил синемордый упырь, но в этот раз необычный. Не такой, каких мы видели во множестве после прихода Кровавой жатвы. Этот экземпляр оказался так широк в плечах, что я и не мог вспомнить таких здоровяков из знакомых жильцов нашего города. Он, конечно, мог быть в прошлой жизни незнакомым мне человеком с мышцами культуриста, например приезжим, но имелись основания полагать, что и это не так. Его габариты точно появились не из-за размеров изначального, превратившегося в монстра, тела. Просто на нем имелись остатки разорвавшейся из-за раздутых несимметрично мышц одежды. Руки, или скорее все же лапы, толщиной, что у наших парней из качалки ноги. У самых заядлых и не брезгующих химией. Нижние конечности немного толще. Обувь разорвали пальцы ног с длинными когтями, но она каким-то чудом ещё держалась на ступнях. Обрывки штанов висели на ужасно сольно перетянувшем талию ремне. Он буквально впился в кожу и плоть. Что-то подобное можно увидеть, если обвязать дерево проволокой и оставить расти, если вернуться через несколько лет. Как выдерживала такую нагрузку кожа ремня и металл пряжки совершенно не понятно.

Верхние конечности твари заканчивались лопатообразными ладонями с длинными загибающимися когтями. Нисколько не преувеличиваю, поскольку ладони были действительно с лопату размером. Совковую. Голова монстра приобрела форму большой глазастой и безносой груши, широкая часть которой являлась пастью с раздувшимися вдвое против нормального размера челюстями. Натуральный синий Халк с пастью, достойной лангольера из старого одноимённого мини сериала. Только челюсти все же две, а не как у настоящего лангольера — три.