Он отвернулся, смотреть на это ему не хотелось. Тут бывший детектив заметил одного из мужиков, тот решительно направился к поленнице к краю, куда Лада и Воронцов сгрузили наемников. Не надо было быть гением, чтобы сообразить, что тот задумал, — углядел добротные сапоги, которые остались на наемнике, и решил поживиться.

Константин не спеша отправился следом, дождался, когда тот возьмется за сапог, и положил руку на плечо.

— Тебе помочь, милейший? — с уже привычной надменностью спросил он.

Мужик вздрогнул и медленно повернулся. Увидев хорошо одетого, уверенного в себе человека с оружием, он как-то поскучнел.

— Сапоги хорошие, — тяжело вздохнул он, — и размер мой, ему-то уже не нужны.

Константин посмотрел на его стоптанные ботинки, уже не раз чиненные.

— Снимай, — разрешил он. — Ты прав, ему больше не нужны, а тебе пригодятся.

— Благодарствую, — расцвел мужик и быстро стащил с покойника обувку. Оно и понятно — и сапоги получил, и по морде не огреб. Он покосился на еще одни, но то тело лежало гораздо дальше, и нужно было лезть на помост. — Благодарствую, — еще раз повторил он и скрылся в толпе.

— Надо было в морду дать, — со злостью в голосе заметил Горд, когда Константин вернулся к ним.

— Может, и надо было, — согласился с ним Воронцов, — но ему эти сапоги и вправду нужнее, чем твоему мертвому приятелю. Что лучше — оставить мертвому или пусть живой носит и вспоминает с благодарностью твоего друга?

Горд отмахнулся.

— Пусть так будет. Начинается.

И точно, Дан вышел вперед, развернулся спиной к помосту, поднял свой посох и затянул погребальную песнь. Константин закрыл глаза, стараясь запомнить слова полные силы, и ведь запомнил, каждое словно специально вгрызалось в память, оставаясь в ней навечно.

Вспышку он увидел даже сквозь плотно закрытые веки. Открыв глаза, он бросил взгляд на выжженный круг и направился к грузовику. Лада и Горд пошли следом. К сожалению, это поселение не годилось для того, чтобы решить их проблемы, нужно ехать дальше.

Константин уселся на подножку и достал трубку. Раскурив ее, он с тоской подумал, что скоро пакеты с табаком покажут дно.

Он посмотрел на Беляша, который лежал на полу, свернувшись вокруг рюкзака, в котором хранилось золото и сферы.

— Все в порядке, хозяин, — раздался тут же мысленный ответ, — никто не покушался на твое добро.

Константин усмехнулся. Местным он не доверял, поэтому оставил прислужника сторожить.

— Что дальше? — спросила Лада, становясь с подветренной стороны.

— По дороге с облаками вперед на восток, — пожал плечами Воронцов. — Хочу добраться до постоялого двора в Горках. Я уже посмотрел атлас, отсюда до Шахтарска полсотни километров, до Горок еще десять. Там нам Дим обещал стол и ночлег. Пожалуй, это самое лучшее место, чтобы разобраться с некоторыми вопросами.

— Это какими? — насторожилась Лада.

— Например, обсудить вопросы субординации и выполнения приказов. А еще избавится от этой колымаги. Я бы, конечно, предпочел бы и попутчика нашего там же оставить, но не выйдет, да и планы бы неплохо бы обсудить. К людям мы, считай, выбрались, вот только, что пока делать, я не знаю. А еще там есть место силы.

— Понятно, — проигнорировав все камни в ее огород, произнесла Лада, — дело нужное. А чего здесь грузовик не хочешь скинуть? Тут, наверное, даже выгодней, беженцам техника нужна.

Константин задумался. Идет эвакуация людей и имущества, техники явно не хватает. Наживаться на горемыках, конечно, не стоит, но уже сейчас можно избавиться от балласта и немного заработать. Понятное дело, они не нуждаются в деньгах, запас есть, и хороший, как в новых кунах, так и в княжеских червонцах, половину из которых Константин вернул.

— Разумно, — признал Воронцов, — пойду, поговорю с местными. Беляш, охранять.

Прислужник поднял голову с вытянутых лап и воинственно щелкнул носом-клювом.

Константин прошел ворота и огляделся. Да уж, ничего нового, поселок был в два раза больше того, которым управляла Авия, построен точно так же — вдоль единственной улицы с площадью в центре. Некоторые дома из дерева, некоторые каменные, двухэтажные только на площади — трактир и второй, неясного предназначения. Может, принадлежал зажиточному торгашу. Скотины мало, как и курей, вон пацан ловит их и рассаживает в деревянные клетки. Справа, учуяв чужого, тявкнула собака. Вдоль улицы стоят несколько грузовиков, подобных тому, что он собирался пристроить. Туда из домов выносят вещи и утварь. Люди бросают все нажитое и драпают. Если честно, несмотря на слова ведуна, Константин не очень понимал это, ну да, случилась беда, но значит, нужно ставить защиту, искать пути борьбы. А как быть с двумя распаханными полями, уже засеянными огородами? С собой возделанный клочок земли не заберешь.