А между тем Амальгамщик выбрался весь из лужицы. Он расправил плечи и расхохотался зловещим раскатистым смехом.

— Чопля, держись у потолка, там он может не дотянуться.

— Ага, не дотянется! Вон у него какой мечара длинный. Явно не колбаску собрался рубить!

Рыцарь двинулся ко мне, занося меч. Его шаги звонко раздавались по плитке комнаты. На поверхности оставались царапины.

Первый удар я блокировал дубинкой, отведя в сторону острое лезвие.

Ого! Вот это мощь! Прямо чуть не вырвал дубинку из руки. Кисть слегка заныла.

Зараза! Надо было использовать скользящую блокировку. Так-то этот детина мою кисть в несколько ударов высушит и потом уже без проблем пробьет блок.

Я прошел под левой рукой, летящей мне в челюсть, и ударил по печени. Снова громыхание стали, но… от моего кастета на блестящей поверхности не осталось даже следа. Как будто я только что не приложил со всей дури по сочленению нагрудника, а дружески похлопал по плечу.

Вжух!

Меч со свистом рассек воздух там, где я только что стоял. Я перекатился и наткнулся на стену. Оттолкнулся и проехал между ногами Амальгамщика. Не смог удержаться от подлого удара в пах.

Баммм!

Сука! Чуть ногу не сломал! А этот даже не дрогнул. Как будто у него там не яйца, а шары для боулинга!

Удар перчаткой пришелся на подставленные руки. Я едва не вскрикнул от боли.

Зараза! Сколько же дури у этого зеркального болвана!

На предплечьях точно синяки останутся. А был бы на моём месте кто-то менее подготовленный — обязательно словил бы перелом обеих рук.

Удар меча поразил плитку пола, только осколки брызнули в стороны. Меч глубоко вошел в бетон, отчего вырвать получилось не сразу.

— Обход, пас и удар! — крикнула пикирующая Чопля.

Баммм!

— Го-о-о-о… О-о-о! Как же больно! — она отлетела прочь, зажимая ногу, которой только что влепила по выставленной заднице Амальгамщика.

Он вырвал меч и взглянул на меня ненавидящим взглядом. Похоже, что до этой минуты над ним никто так не прикалывался. Его противники или дрожали от страха, или бросались в бой, ослепленные надеждой выжить.

Мы же не относились ни к первым, ни ко вторым. Мы ржали, глядя в прорези его шлема. И его это явно подбешивало.

Я пытался что-нибудь придумать. Яростно пытался. Если мои удары не достигали цели, а вот плевок Чопли… Мой взгляд упал на его плечо. Там всё также оставался след от слюны. Что-то забрезжило в мозгу, что-то близкое и в то же время такое простое.

— Молитесь, смертные, ибо пришел ваш последний час! Ваши души отправятся обратно к дьяволу!

Ну до чего же пафосно? Зачем так театрально? Как будто этот актер перед зеркалом отрабатывал годами!

В голове щелкнуло. Точно! Зеркало!

— Чопля, а ну живо к шкафу! Пока я его отвлекаю — посмотри, что там есть и громко… Зараза! Как же больно бьется! Смотри, что там есть?

Меч сверкал в небольшой комнате всполохами молний. Я уворачивался, извивался змеёй и раз за разом уходил от ударов. Пока что это удавалось, но на долго ли меня хватит? Кровь уже начала стучать в ушах, металлический вкус возник во рту.

Элексиры помогают, но… Их действие конечно.

Я увертками и прыжками оттянул Амальгамщика подальше от шкафа с медикаментами. Чопле не нужно было повторять дважды — когда надо, она схватывала с первого раза. Подлетев к шкафу, она распахнула дверцы.

Я в это время подпрыгнул, проносясь над пролетающим мечом, и снова звезданул по шлему. Как и в прошлые разы — это не принесло никакого эффекта.

— Тут какие-то порошки, вроде хлорка и ещё пузырьки с какой-то жидкостью! — откликнулась Чопля.

— Швыряй их всех в Амальгамщика! Надо как можно больше испачкать его!

— Что? — не поняла Чопля.

— Да в гримуаре было написано, что каждый, кто отразится в доспехе, будет побежден Амальгамщиком! А если мы не будем отражаться? Ой, зараза! Чуть башку не снес! Да покури мальца, боец! Нет? Вот ты гандон! Это же моя любимая куртка! Чопля, тебе зашивать!

— Чо пля? Мне куртку зашивать? Да он совсем охренел? — раздался возмущенный писк Чопли, а потом в зеркального воина полетел весь боекомплект из шкафа.

В воздухе плеснуло спиртом, взорвались пакеты с хлорамином. Чопля не скупилась на снаряды.

Она метала их один за другим, метко попадая в те места, куда целилась. Сначала спирт, потом припорошить. И новое место — та же операция. Ещё и ещё. Раз за разом.

Я же в это время стремительно удирал от ударов и уклонялся от взмахов. И…