— Что?!

— Я слышал, он просил оставить эти часы. Ты заупрямилась. Нарочно же. Напоказ. Внимание привлечь хотела? Получилось. Тебя Багратов и пальцем не тронет, а хороший человек из-за тебя под раздачу попал.

Больше Мирон ничего не сказал, открыл дверь и показал, что нужно сесть. Место за рулем занял Максим. Этот точно настучит! Замолкаю и просто смотрю в окно. Жду, пока рядом присядет Багратов. Но он приказывает водителю вылезти и сам садится за руль.

— На переднее, — командует мне.

Промедление может быть наказуемо. Сажусь рядом, не говоря ни слова. Машина срывается с места, словно пуля. Багратов придерживает руль левой рукой. Правую опускает на мое колено.

— В договоре было написано, что твоих отношений с другими мужиками я не потерплю.

— Что?

— А ты не читала? Мой юрист это указал.

Облизываю губы.

— В пункте “обязанности сторон” ничего такого не было.

— А это было указано между строк. Разбросано по всему договору! — скалится.

— Вы… Вы меня провели! 

— Я преподал тебе урок. Всегда будь настороже и читай не только пункт “права и обязанности сторон”. Ты усвоила?

— Да.

Сжимает пальцы.

— Хорошо.

Он не снимает ладонь, держит меня за ногу, переместившись чуть выше, на бедро. Просто держит. Возможно, теми же самыми пальцами, которыми держал пистолет, из которого стрелял в водителя. Меня начинает подташнивать от этих мыслей. Нажимаю на кнопку, опуская стекло, чтобы свежим воздухом немного обдуло лицо. Нужно держать язык за зубами. Но у меня не получается…

— Вы не хотите, чтобы я заводила друзей? — спрашиваю осторожно.

— Друзей? С кем? — спрашивает резко, усиливая тиски пальцев.

— Больно. Синяк останется. Вы хотите, чтобы я в ресторан с синяками ходила?

— Метка, — отвечает сквозь зубы. — Забыла, чьей женой ты считаешься?

— Фиктивной.

— Сути не меняет. Путаться с мужиками нельзя.

— Я не путалась. Это было дружеское общение.

В ответ он смеется.

— Запомни раз и навсегда. Дружба между мужчиной и женщиной возможна только в двух случаях. Первый случай: мужчина — нетрадиционной ориентации. Второй случай: мужчина — родственник. А теперь ответь, Саня — твой родственник? Нет. Он гей? Тоже нет. Значит, он не против заглянуть тебе в трусы, когда ты сама повод даешь.

— Вы опять про трусы и причиндалы. Кажется, все интересы в мире у вас сводятся лишь к этому.

— Если тебе таких аргументов мало, подумай еще вот о чем. Ты меня лохом выставить пыталась. Кретином, чье слово ничего не значит и ничего не весит. Сейчас мы одни, но в доме повсюду есть уши и камеры. Я не позволю вытирать зеленой соплячке свои ноги о мой авторитет и даже фиктивные рога носить не собираюсь. Хочешь дружить? С бабами общайся.

— С какими, например? С Элайзой, что ли?!

— Кто такая? — удивляется вполне искренне. — А… Не, уже отработала свое, — хмыкает. — Кажется, ты на танцы ходишь. Там преподаватель — девушка. С ней и общайся.

— Хорошо, — прикрыла глаза на миг.

Правда, я не понимаю, как это сделать, ведь общих тем у меня с преподавателем Марией нет вообще. Общение складывалось лишь на темы урока, никогда личное не проскальзывало. К тому же я довольно закрытый человек и мне сложно найти общий язык с теми, кто посматривает на меня свысока, а именно так на меня посматривала Мария.

Но я попробую.

Ужин прошел в немного напряженной обстановке, я не могла расслабиться, но думаю, человек, который обучал меня этикету поведения за столом, мог бы остаться мной доволен: я ни в чем не ошиблась.

Глава 28

Серафима

На следующий день Багратов находился рядом со мной с самого утра: трусил рядом на пробежке, отвез на английский, забрал на обед, отвез после обеда на уроки этикета, вечером отвел на танцы.

Я попыталась завязать с Марией более личный разговор. Вроде получилось. Мы начали общаться понемногу.

Через неделю я пригласила Марию прогуляться. С одобрительного кивка Багратова.

Мы хорошо погуляли, купили женских безделушек — новую косметику — пудру, помаду и несколько блесков для губ. Я не хотела покупать это барахло, но увидела, что Мария интересуется косметикой, поэтому прогулялась с ней по ТЦ. Потом я предложила Марии поехать в гости, чтобы показать свое увлечение, она согласилась.

Багратов не был против.

Напряжение первых часов общения с незнакомым человеком прошло, я чувствовала себя намного раскованнее в общении с Марией.

Мария восхитилась моим умением составлять букеты, даже попросила для себя один. Я воодушевилась и согласилась сделать.

Потом мы засиделись за фильмом. Было уже поздно… Мария жила далеко, дорога заняла бы много времени.

Я предложила ей остаться на ночь, ведь в доме Багратова полно спален. Она не отказалась. Багратов не был против. Мария отправилась спать к себе, в выделенную ей спальню, напротив моей.