– Тера, прошу тебя!.. – смеясь, покачал головой Балдуин, пытаясь отмахнуться.

– Серьезно! Пообещай! Ты не видишь себя со стороны, а у меня глаза на месте. Твой взгляд… эти чертики в зрачках, а ваш вчерашний побег в лес? – фыркнул оборотень, – с каких это пор путешествие во времени ограничивается в количестве людей? Ты просто хотел побыть с ней наедине, в особенности подальше от её бойфренда. Ведь так?

Дослушав аргументы Терезы, маг фыркнул и театрально закатил глаза, но внутри него все переворачивалось и в тоже время замирало, словно Медуза превращала его душу в камень. Подруга знает его лучше всех, её обвести вокруг пальца практически невозможно. И все же…

– Чепуха. Я просто выполняю свою работу. Дорогая, – он крепко обнял Мун, пытаясь успокоить и вразумить, – ты мне дороже всех. Ты моя семья, я не стану рисковать нами, ясно? Веришь мне?

Доверять близкому человеку – значит, не отпускать его руку, когда другие скажут сделать это. Подавляя свой внутренний голос, который трубил во всю не верить, Тереза прикусила губу и ответила другу на объятия. А как же иначе? Ведь только они есть друг у друга, только Балдуин был с ней рядом всю жизнь, помогал, оберегал и любил. Он не обманет, не предаст. Это и есть высшая степень доверия.

– Ладно, верю, – они отошли на шаг друг от друга, по-ребячески улыбаясь, – и держись по возможности на расстоянии от Марго. Она меня бесит.

Комната наполнилась звонким смехом чернокнижника.

– Поверь, ей об этом известно. Что ж, я пошёл. Не скучай без меня.

Маг чмокает подружку в щечку и покидает поместье с помощью заклинания.

И вот наступила тишина. Тереза, думая о чём-то важном, замирает на месте, вслед за этим подходит к окну и смотрит на открывающийся вид. Аллея вся в золоте… Перед глазами девушки вспыхивают разные картинки, от которых её сердце превращается в горящий свёрток. Она сползает на пол и начинает всхлипывать, прижимая тыльной стороной ладонь к своим покрасневшим губам. За одно мгновение грусть и пустота сменяются злостью и ненавистью. Вспышки ослепляют темноволосую, погружая в тёмные воспоминания.

Крича во все горло, Тереза крепко хватает себя за волосы и принимается ходить по комнате кругами, со всей мочи желая обратить спальню Балдуина в пыль. Девушка хватается за подушки и простынь, бросая предметы в разные стороны, однако её ярость не утоляется этим. Слезы градом обрушились на смуглые щёки, отчего Мун разом вспотела.

В конце концов, испытывая разные чувства, волчица падает на ноги и от безысходности принимается реветь навзрыд. Она ненавидит себя, ненавидит обстоятельства и ещё больше призирает Марго, потому что именно ведьма, по мнению Терезы, стала яблоком раздора.

Плечи девушки судорожно трясутся, ком застрял в горле, а так хочется кричать во всю силу!.. Какую же ненависть она питает к Марго. Черт возьми! Это все из-за ведьмы! Если бы только ей было под силу ослушаться Балдуина и сделать все по-своему! Если бы только… все можно было исправить.

* * *

Этот день высосал из меня все соки. Конечности ноют, а из-за того, что я не успела ни позавтракать, ни пообедать и даже поужинать, мои коленки дрожат, и кажется, будто я сейчас потеряю сознание. Лишь об одном упоминании о еде, в моем желудке завязывается тугой узел и с ужасным плачем умирают киты.

Спрятав за сегодняшний день заработанные деньги и устало массируя шею, я жмурю веки. Боже, не знаю, что хуже: уставать от своей невеселой работы или от вечных тайн сумеречного мира? Наверное, и то, и то.

Заправляю прядь волос за ухо и хватаюсь за сумку. Странно, Билл сегодня ни разу не звонил и не писал мне. Неужели я уже успела ему надоесть? Или он, как обычно, рубится в приставку? Представив в голове забавную картинку, я усмехаюсь своим мыслям и качаю головой.

Однако, только подумав о том, чтобы наградить брюнета дождевой тучей над головой, в дверях звенит колокольчик и передо мной появляется во всем своем величии недавно упомянутый Хофер-младший. От удивления я аж потеряла дар речи, продолжая глазеть на него с раскрытой челюстью, пытаясь поймать ход собственных мыслей. Он, широко и мило улыбаясь мне, останавливается рядом с полками и многозначительно молчит. А самое главное то, что Билл одет в синий костюм с инициалами, которые отдают отблеск на свету. «B. H.» – это его визитная карточка.

Возвращаюсь на землю. Один. Два. Три. Три. Два. Один.

– Ты чего здесь? – пискнула я, мысленно ругая себя за свой холодный порыв.

Боже, а где «привет»? По правде говоря, я по нему безумно соскучилась, но слова сами вылетели из уст. На удивление, Билл искренне засмеялся.

– Пришёл провести тебя до дома. Прости, целый день занимался домашним заданием из университета. Эссе это такое дерьмо, – он медленно подходит ко мне.

Я смотрю снизу вверх на брюнета, тая от одного только его взгляда. Иногда мне кажется, будто я схожу с ума, потому что везде и всегда мне мерещится только он. Любовь для меня была мифом, а теперь это самая настоящая реальность.

Нежные ладони Хофера мягко касаются моего подбородка, в последствии чего по моим рукам прошёлся заряд энергии, который непременно заставляет сердце биться чаще. Боже, что происходит? Он, медленно облизав губы языком по часовой стрелке, большим пальцем проводит по моим губам, отчего конечности становятся ватными. Каждый сантиметр моего тело ноет от желания и нетерпения слиться с брюнетом в одно целое…

Билл медленно наклоняется вперед, к моим устам, отчего я чувствую его мятное дыхание на лице, изредка переводя плотоядный взгляд на мои дрожащие веки.