Мы синхронно негромко рассмеялись.

— Моя месть будет страшна, — игриво пообещала Элизабет. — Но и столь же изящна и возвышена. Раз уж по твоей вине я подверглась пыткам музыкальным искусством, то тебе предстоит пострадать от гастрономического.

— Постараюсь собрать всю свою волю в кулак и достойно выдержать это испытание, — я изобразил глубокую скорбь на своей физиономии.

— А вот и нашу первую подачу уже несут.

К нам подошёл шеф-повар самолично. Он церемонно поклонился моей собеседнице и кивнул мне. Затем поставил перед нами блюда и произнёс речь, полагаю, заранее подготовленную и выученную:

— Первая часть нашего гастрономического сета основана на принципах молекулярной кухни. В ней мы постарались придать привычным продуктам и вкусам иную форму. Первое блюдо — это картофельное мороженное с муссом из тушёной моркови и лука. Рядом с ним вы можете наблюдать подкопчённую сметану с икрой из экстракта зажарки белых грибов и лисичек. Рекомендую сначала попробовать всё по отдельности и только потом вместе, чтобы оценить три разные палитры вкуса вместо одной.

Мужчина ещё раз поклонился и удалился готовить следующую подачу, а я, честно говоря, пребывал в некотором замешательстве.

— Это замороженная жаренная картошка с грибами? Серьёзно?

Элизабет вновь не удержалась и захихикала. Скептически глянув на шарик «мороженного», я всё же последовал рекомендации шеф-повара и сделал всё, как он велел.

— Очень необычно… Но, определённо, вкусно, — удивлённо констатировал я. — И в правду, знакомый вкус, но другая температура и текстуры.

— Это и есть молекулярная кухня, — гордо заявила Эл, как будто она сама и готовила это блюдо. — В первой части будет ещё три подачи с этой же фишкой.

— И что же нас ждёт во второй?

— Ферментация. Ещё один из любимых инструментов здешнего шефа. Не переживай, он непременно прочитает тебе лекцию о том, что если с помощью молекулярной кухни он менял форму обычных продуктов, то путём ферментации — он раскрывает их вкус совсем с другой стороны.

— Да он прямо алхимик, не иначе! — восхитился я.

— Обязательно сообщи ему об этом. От такой оценки своего творчества — он точно придёт в восторг, — посоветовала мне девушка.

— Ладно, как говорила твоя мама: «любому творцу стоит иногда напоминать, что его искусство прекрасно», — согласился я.

— Моя мама плохого точно не посоветует, — широко улыбнулась Эл и тоже отправила в рот ложечку картофельного мороженного, не забыв макнуть его в мусс и сметану с грибной икрой.

Когда мы наконец покончили с последней подачей, я не смог отказаться от предложения посетить родовое поместье Боунсов. Тем более, что я очень хотел посмотреть на другие работы моей знакомой.

— А ведь я могла бы нарисовать целую серию картин с твоим участием и попросить родителей организовать какую-нибудь выставку по этому случаю, — пошутила Элизабет, пока мы ехали на заднем сидении машины в их особняк.

— Серию? — переспросил я. — И какая же у неё будет концепция?

— Ну как же — «Восемь степеней удивления осевого варвара». И каждый холст будет называться в соответствии с блюдом, которые ты пробовал в момент этого эмоционального потрясения.

— А что, не плохая идея. Задумайся, может быть этот проект впишет тебя в историю как великую художницу. Глядишь и прославишься, не упусти свой шанс.

— А если серьёзно, ресторан тебе понравился? — спросила она.

— Ну как тебе сказать, — задумался я. — Вообще, опыт конечно интересный, но хоть я и считаю себя убеждённым гедонистом, сам бы я в такое место точно не пошёл. Разве что, совсем было бы нечем заняться, но такие обстоятельства мне вряд ли светят в обозримом будущем. Но надо отдать должное повару, те свекольно-кофейные пирожные с ореховыми сливками и вправду были чудо как хороши.

— В этом ты, я посмотрю, солидарен с моим отцом. Он тоже предпочитает более-менее простую пищу на каждый день.

— Вновь убеждаюсь, что твои родители — очень мудрые люди, повезло тебе с ними.

— Ты, кстати, не против с ним познакомится? Останешься у нас на ужин? Там тебя и нормальной едой накормят, — хмыкнула она.

— Почему бы и нет? — не стал возражать я.

Обитель славного семейства Боунс смогла меня приятно удивить. Я ожидал от сильного и влиятельного клана дворец, чуть ли не в пять раз больше, чем поместье Вильерсов, но реальность оказалась совсем иной. Главный дом, в котором проживала моя подруга с семьёй, не сильно-то и выделялся на фоне таких же аккуратных двухэтажных построек, предназначенных для прислуги.

Эти английские аристократы выбрали для своего гнезда очень удачное место, а именно — холм. Со склона одной его стороны — открывался вид на небольшой лесопарк, где преобладали хвойные деревья, а с другой — на искусственный пруд скромных размеров.

На самой возвышенности располагался комплекс зданий, со стороны больше напоминающий современную богатую деревню или посёлок. Элизабет пояснила, что вместе с ними в соседних домах проживают самые приближённые слуги и несколько побочных семей, входящих в их клан.