Мы вздрогнули, цепенея от внезапности слишком громких звуков.

— Что там случилось? — Уилсон спустила ноги на пол и пошла открывать. Я вышел следом.

На пороге стоял запыхавшийся Джек. Весь его вид выражал неконтролируемую панику.

— Хорошо, что ты дома, — мужчина облегчённо выдохнул. — Кажется, у тебя в квартире потек стояк. В баре уже лужа. Можно? — спросил он, переминаясь с ноги на ногу.

— Конечно, — Кейт открыла дверь шире.

Джек метнулся в уборную. Послышался грохот и тихие ругательства.

— Сантехник уже едет, — оповестил он, возвращаясь к нам. — Извините, если помешал, — виновато улыбнулся мужчина. — Дело неотложное.

— Ничего страшного, — утешила его Уилсон. — Мы собирали вещи, — она кивнула на гору посреди комнаты.

— Никак не привыкну к мысли, что ты уезжаешь, — печально отозвался Джек. Телефон в его кармане зазвонил. — Это сантехник. Пойду встречу.

Мужчина вышел в коридор. Послышались удаляющиеся шаги в сторону выхода.

— Я, конечно, рассчитывала сегодня на стояк, — пробубнила Кейт, хитро разглядывая меня. — Но не на такой.

Я громко хохотнул, сгреб ее в охапку и поцеловал в макушку.

— Тогда будем собирать вещи, — смирившись с очередным вмешательством посторонних, заключил я.

***

— Мими, что ты там малюешь?

Я сидела с закрытыми глазами минут десять, если не больше, и почти заснула от нежных касаний кисти для макияжа.

— Молчи, — она легонько ударила меня деревянной ручкой кисточки по лбу.

— Ай! Синяк же будет.

— Не будет, — заверила она. — Я почти закончила. Сейчас.

Наконец Мими оставила в покое мои глаза и ринулась к туалетному столику, где валялась гора косметики. Девушка зарылась в ворох помад, видимо, наметив себе вполне конкретную цель.

— Нашла! — возвестила она.

Мими метнулась обратно ко мне, с клацаньем сняла золотистый колпачок и выкрутила стик нежно-розового оттенка.

— Последний штрих и одеваемся, — она ловко, словно опытный визажист, накрасила мне губы и вручила помаду. — Купила, но так и ни разу не пользовалась. Цвет не мой. Дарю, — расщедрилась девушка. — Тебе идёт.

Я хотела подойти к зеркалу, чтобы оценить результат, но Мими схватила меня за руку и потащила за собой.

— Рано. Нужно одеться и тогда смотреть на образ в целом.

Сама девушка уже была в полной боевой готовности. Яркий макияж с графичными стрелками и черной помадой, латексное платье в обтяг делали из нее то ли готическую диву, то ли звезду эротического шоу.

Мими открыла шкаф, цапнула оттуда вешалку с чем-то белым, воздушным, больше похожим на облако сладкой ваты, чем на одежду, и протянула мне.

— И туфли, — она достала с нижней полки белые туфли на небольшом устойчивом каблуке.

Я изумлённо рассматривала вырученные мне вещи, не понимая, как ей удалось подобрать мне наряд, не зная размера, и угадать с удобством обуви.

— Как ты… — начала я озвучивать свою мысль.

— Я вас, скромников, за версту чую, — Мими покрутила пальцем в воздухе, одаривая меня коварной улыбкой. — И знаю от и до, — она шагнула ближе и, будто стараясь загипнотизировать меня, произнесла: — Одевайся.

Я лениво потащилась за плетёную ширму в углу комнаты, разделась и, путаясь в обилии воздушной ткани, начала искать верх и низ. Мими нетерпеливо пыхтела где-то поблизости, скрипя латексом платья и стуча пяткой о пол.

— Ну что ты там?

— Сейчас, — пробубнила я, почти справившись с проклятым нарядом.

Втиснула ноги в туфли, удивившись, что они пришлись мне по размеру, и вывалилась из-за ширмы совсем не грациозно для ангела.

— О, Сатана всемогущий! — девушка звучно хлопнула себя по бедру. — Ну кто так одевается.

Мими бросилась ко мне и, точно мать перед важным событием, начала поправлять мою одежду и прическу, негодуя себе под нос о моей неаккуратности. Она обошла меня по кругу, застегнула крючки на спине, расправила невесомую юбку до колена, состоящую из нескольких слоев фатина. Поправила верхнюю часть, где в качестве бретелек выступала все та же ткань, собранная широкой гармошкой, благодаря чему плечи были закрыты. Вырез на платье целомудренно открывал только ключицы, никоим образом не демонстрируя грудь. А талию подчеркивал расшитый цветами и бусинами пояс.