— Добро пожаловать в Мистик, креветка. — Дарла подошла к изножью кровати Ноны, несколько комичная в своей ночной рубашке-палатке, ее мускулистые руки торчали из коротких, отделанных оборками рукавов. — Очень милый вход.

— Я делаю все, что в моих силах. — Нона вылезла из нижнего белья и как можно быстрее натянула через голову свою ночную рубашку. В Сером дорме над ней издевались за то, что она стесняется, но она торопилась из-за Кеота. К тому же она стеснялась.

— Она угрожала убить Джоэли еще до того, как добралась до своей кровати, — сказала Дарла Зоул. — И у нее даже не было толпы, пытающейся встать у нее на пути.

Зоул подняла глаза от своей сумки, одной рукой обхватив резной зуб какого-то морского чудовища:

— Хорошо. Мне не нравится эта Джоэли.

— Ты никого не любишь, — сказала Нона.

Зоул пожала плечами.

— Кроме того, я не угрожала убить ее.

— «Я разрушу твою жизнь», — процитировала Дарла с широкой улыбкой.

— Это в лучшем случае увечье, — сказала Нона. — И я, кажется, помню, что мой прием в Сером тоже был не слишком теплым.

Дарла сдержала усмешку:

— Это был всего лишь пинок. Джоэли гораздо опаснее. Нить-работник может испортить тебе настроение. И ей даже не нужно этого делать. У нее много друзей. Слишком многие послушницы в этом классе думают, что могут не принять обеты, а просто вернуться к своим семьям. И, когда ты начинаешь так думать, ты также начинаешь думать, как полезно иметь таких друзей, как Намсис.

— Дьявол схватил меня за язык, — сказала Нона. — Мне следовало держать его крепче.

Я сказал правду. Твоя крепость построена из таких моментов, они — камни, брошенные в колодец твоего завтра.

Заткнись.

Нона проверила кровать на наличие пауков и других желанных подарков, затем скользнула под одеяло и зевнула. Дарла рассмеялась.

— Выспись получше, Щит. — Она шлепнула ладонью по кровати. — Завтра долгий день. Теперь ты с большими девочками.

По всей комнате послушницы забирались под толстые одеяла, Алата спала одна, пока Лини не получила свидетельство о ее заслугах в Духе. Сестра Колесо, казалось, получала особое удовольствие, отказывая ей. Джоэли Намсис лежала в постели в одной смуглой коже, возможно, гордясь своим женским телом. Нона отвела взгляд. Ей будет не хватать присутствия Ары на соседней постели, достаточно близко, чтобы можно было протянуть руку и дотронуться. Она снова зевнула и уставилась на пляшущие на стропилах тени. В глубине души она все еще была ребенком Серости, и, как бы ни было тепло в комнате, ей никогда не будет легко обнажаться, даже в бане. Рули научила Нону трюку пар-плетения, который она впервые показала им у провала во время фокуса луны, и, когда это было возможно, Нона надевала в бассейне паровую мантию. В такие минуты Кеот прятался у нее на левой ноге.

Тени — ничто. Лучше поговори со мной.

Заткнись.

Ты должна поблагодарить меня. Твои враги делают тебя тем, кто ты есть. Твои враги формируют твою жизнь больше, чем когда-нибудь могли бы друзья. Эта Джоэли — хорошая практика.

Нона проигнорировала Кеота и стала наблюдать за тенями. Большинство послушниц с кровью марджал могли заставить их плясать под свою дудку, но такие трюки стали недоступны ей в тот день, когда она освободила свою собственную тень. В тот день, когда она запустила ее в Йишт, чтобы попытаться спасти Гессу. Она потерпела неудачу. Она потеряла и свою подругу, и свою тень, а Йишт сбежала вместе с корабль-сердцем. Сон приходил медленно, как всегда, сражаясь с гневом. В конце концов она заснула, гадая, где сейчас может быть ее тень, и ей приснилось, что она заблудилась в темных местах.

— В МИСТИКЕ МЫ используем острую сталь, — сказала Сестра Сало Зоул и Ноне, перекрывая звон мечей — пары других послушниц, широко распределившись по Залу Меча, сражались на песке. Она держала два обнаженных меча, выкованных скорее из железа, чем из ковчег-стали, как у Красных Сестер, но явно острых. Каждый из них имел тот же изгиб, что и сестра-меч, и был одинаковой длины, примерно с человеческую руку от плеча до кончиков пальцев. — Есть некоторые уроки, которые должны быть записаны шрамами.

Сестра Сало предложила им рукояти. Нона взяла свою, неуклюжая в новых боевых перчатках. Как и ее новая меч-одежда, рукавицы были укреплены вшитыми полосками железа. Ими не остановить каждый удар, но так уменьшается возможность пролить кровь.

— Хороший меч. — Зоул взмахнула своим, затем повела кончиком перед собой.

Нона подняла свой, обнаружив, что он тяжелее затупленных, которые им давали в Сером Классе. Она чувствовала себя неловко в меч-одежде, словно шла вброд через бассейн бани. Красные Сестры носили черн-кожу, но она была похищена из корпусов кораблей, доставивших четыре племени на Абет, и стоила больше, чем золото такого же веса. Гораздо больше. Опытная Красная Сестра должна была умереть или стать Святой, прежде чем новая получит ее доспехи.

— Начинайте спарринг. Я буду наблюдать. — Сестра Сало указала на чистый участок песка. — Не выпендривайтесь. У нас впереди серьезная и опасная работа, и я бы предпочла отправить вас в Священный Класс с тем же количеством пальцев и глаз, что было у вас, когда вы оказались в Мистике.

Нона повернулась к Зоул. Лед-девушка уже была ростом с Сестру Сало, возможно, начала проявляться ее кровь герантов. Нона осталась на голову ниже. Нона предполагала, что ей около пятнадцати, но в деревне, из которой она приехала где-то шесть лет назад, она понятия не имела, что существуют даты, и уж точно не знала, в какую из них родилась.