– Меня ведь тоже могут посадить. Если окажется, что у Жени алиби, следующий кандидат на нары – как раз я. Даже ты спрашиваешь, не собирался ли я захватить бизнес!

– Н-да-а-а, – протянула Маня. – Но из меня сыщик аховый, Ромка. Я только в книжных убийствах разбираюсь.

– Ничего, в этом тоже разберёшься.

Они посидели молча.

– Что у тебя с ногой? – рассеянно спросила Маня.

– А?…

– Вон, нога забинтована, ты что, упал?

– На корте полез за мячом и о проволоку ободрался.

– Понятно.

И они ещё посидели.

– У Максима есть ещё родственники, кроме жены и детей? Родители? Может, тётя с дядей?

Роман какое-то время вспоминал.

– Брат есть, что я точно знаю. Они почти не общались вроде, он сидел по малолетству, а может и не только по малолетству.

– Так, может, брат его застрелил?!

– Маня, всё может быть! Разберись, я тебя как человека прошу!

…Зря он старается! Маня всё для себя давно решила – она и приехала сегодня в особняк, потому что точно знала: этого дела она так не оставит.

Человека застрелили у неё на глазах, и самое меньшее, что она может сделать, – узнать, кто и за что убил!

– Я бы съездила к ним в дом, – сказала Маня. – Ты можешь договориться, чтоб меня впустили? Или там нет никого?

Роман поднялся, подошёл к столу и стал выдвигать ящики, один за другим.

– Сейчас, сейчас, – бормотал он.

И наконец выудил связку ключей.

– Что это? – удивилась Маня.

– Ключи от дома Макса, – как ни в чём не бывало ответил Роман. – Вот это брелок от ворот, таблетка от калитки, а это от замков.

– Почему у тебя его ключи?!

– А у него от моего. – Роман грустно улыбнулся. – Мы так в своё время договорились, запасные ключи держать на работе. Хотели охранникам отдать, а потом решили, что у себя держать надёжней. И чтоб ни у кого соблазна не было, поменялись, понимаешь?

Маня смотрела на приятеля во все глаза.

– Ну, если у него ключи вытащат, они к его дому всё равно не подойдут, потому что это мои! А вот этими мой тоже не откроешь.

– Тонко, – оценила Маня. – У вас там, небось, вооружённая до зубов личная королевская охрана и снайперы на крыше, а вы ключами поменялись, как маленькие!

– Нет у нас снайперов никаких, Маня.

– Ты всё же позвони, в доме наверняка кто-то есть.

В дом Максима Маня отправилась на той же роскошной машине, которая третьего дня везла её в деревню.

После дождя город выглядел умытым, весёлым, чистеньким. Может, оттого, что не было пыли, а может, оттого, что прохладный воздух был как-то удивительно прозрачен, хрустален и пахло рекой и молодой листвой – хорошо!

Маня нервничала и мёрзла, ноги в летних кроссовках совсем заледенели.

Она поджимала пальцы, пересаживалась и всё думала, думала. В её мыслях как будто постоянно присутствовал ещё и Алекс. Она с ним спорила, не соглашалась или, наоборот, внимательно слушала и всё что-то хотела ему доказать, чтоб он увидел наконец, какая она умная, находчивая и самоотверженная!

Но он не видел.

– Приехали, – сказал водитель. – Подождите, я вам открою дверь.

Маня выбралась из машины, постояла, посмотрела по сторонам – никого, только монументальный забор и ветви деревьев над ним, и позвонила в калитку.

Открыли почти сразу, как в тот, первый раз, когда приехала смотреть иконы.

Маня пошла по дорожке, вымощенной, как в сказке, розовым кирпичом, к едва видневшемуся вдалеке дому.

…Что она станет здесь искать?… Зачем приехала?… Разве она на самом деле находчивая и умная?! Всё наоборот – размазня, лентяйка, обманщица, обманывает себя, Лёлю вот обманула, ибо не собиралась ни в какую библиотеку, обманывает Алекса, который уверен, что она много работает и уезжает в дальние края, исключительно чтобы работать!

А она уезжает… от него.

Хорошо бы от себя тоже уехать.

На пороге дома поджидала женщина средних лет в джинсах, толстовке и чёрной газовой косынке на голове, повязанной концами назад, – знак траура.

– Здравствуйте, – поздоровалась Маня.

Женщина тихо поздоровалась в ответ.

– Меня зовут…

– Я знаю, Роман Андреевич предупредил, – перебила женщина. – Проходите.

В доме было тихо, как в склепе, слышно, как где-то тикают часы. Зеркала в передней завешаны чёрной тафтой.