— Использованы были ключ темной силы и ключ, который хранили колдуны. Третий испорчен. Он более не может причинить зло, — со знанием дела произнесла Ядвига. — К тому же, Василиса, единственная наследница Серафими. Кроме нее никто не смог бы открыть последний замок, даже если бы ключ был цел.

— А вот и нет, — нахмурился Северский. — У Серафимы была родня. Очень дальняя. Она с ними не общалась. Угадайте, кто именно был ее родственницей?

Преподаватели снова переглянулись.

— Да, вы правы. Та, сила которой сейчас в Ладе Кузьминой. Получается, — Северский выдержал паузу, чтобы смысл его слов достиг ушей каждого, кто находился в кабинете, — получается, что Лада именно та ведьма, которая сможет открыть заветный замок, поскольку получила чужую силу.

— Я не понимаю, к чему выведете, господин куратор? — произнесла Маслова.

— Я говорю о том, что у ведьмы Глафиры есть внучка. Именно ей должна была перейти сила старой ведьмы после ее смерти. Но вышло так, уж сам не знаю, почему, но старуха передала силу не Веронике, а Ладе Кузьминой, тем самым наделив ее властью над третьим ключом. И я уверен, что Земская будет пытаться отнять эту силу и вернуть ее себе, потому что она, или кто-то еще, возможно, целая организация темных, хотят восстановить ключ и они смогут это сделать, — сказал Демитр.

— Но как? — удивилась Ядвига.

— Темный кузнец, слышали о таком? — куратор выразительно изогнул брови.

— Темные кузнецы давно сгинули, — сказал Озеров. — Это бред, Северский!

— Нет, не бред. Темный кузнец появился снова и уже несколько лет творит свои темные дела, — взглянул на директора академии куратор.

— Но почему никто не в курсе? — сдвинул брови Добрый.

— Потому что это все лишь нелепые предположения господина старшего куратора, — не удержался Озеров.

— Я был в квартире Земской, я общался с ней. Она что-то скрывает. Она, или они, что-то задумали. Я почувствовал в ее ритуальной комнате слишком яркий запах серы, такой бывает, только когда ведьма творить опасные, запретные заклинания, — тут же сказал мужчина.

— Почему же вы ее не задержали? — удивился Озеров и несколько из преподавателей поддержали его возмущение, активно закивав головами.

— Потому что я пришел слишком поздно. Я не смог определить, какое именно заклинание использовала Вероника.

— Но вы уверены в том, что все вертится вокруг последнего ключа? — Озеров поднялся на ноги и развел в стороны руки. — Господа, все это не стоит и выеденного яйца. Я полагаю, что господин старший куратор излишне эмоционально отнесся к несуществующей проблеме. У нас нет доказательств, что Земская планирует причинить вред студентке Кузминой. И мы не можем утверждать, что она претендует на ее силу.

— Тогда вы недальновидны, господин директор и напрасно занимаете свое место, — не выдержал Северский. — Девушке грозит опасность. Если ее сила вернется к истинной наследнице Глафиры, то беда будет не лично Кузьминой, она станет нашей общей.

— Так, — Озеров улыбнулся. — Хватит нас стращать, Демитр. Мы все услышали, все поняли и давайте теперь расходиться.

— Я настаиваю на том, чтобы к Кузьминой приставили охрану, — не обратив внимания на слова директора, заявил Северский.

— Крайне лишние меры, — отмахнулся Озеров.

— Я хотел бы сам присматривать за ней в таком случае, но у меня есть проблема, — продолжил куратор, — она называется работой.

— Нет, господа, это уж слишком, — Озеров театрально присел на свое место и подпер лоб кулаком, изображая Роденовского мыслителя.

Несколько секунд в кабинете царило молчание. Все размышляли.

Демитр ждал вердикта, Ядвига опустила голову, словно заинтересовавшись узкими носками своих дорогих туфель. Добрый хмурил брови и нервно постукивал пальцами по колену. Наконец, старшая баба яга подняла взор и произнесла:

— Как декан темных, я решила.

Озеров услышал ее слова и оживился.

— Так вот, — она поднялась со своего места, окинув взором присутствующих, — я не уверена в опасениях господина куратора, но, — в тишине повисла долгая пауза. Северский различил, как тикают часы на полке в кабинете и тут яга закончила, — я хочу перестраховаться. У студентки Кузьминой будет охранник, но кто именно, не скажу.

Демитр облегченно вздохнул.

— Спасибо, — только и сказал он.

— Повторяю, я ни в чем не уверена, но эта студентка слишком нужна моему факультету. А потому, пусть будет так, как просите вы, — и закончив, взглянула в глаза куратору.

Он кивнул, не удержавшись от улыбки победителя. Пусть даже победа пока была не столь велика. Но он немного успокоился, уверенный в том, что Ядвига выполнит свое обещание. Она была из тех женщин, кто не бросает слова на ветер.

И только Озеров демонстративно состроил гримасу, явно недовольный тем, что его слова проигнорировали. Только Северскому было все равно, что испытывает директор академии. Главным было то, что Кузьмина будет под охраной. А больше ему пока ничего и не надо.