Надеюсь, Дэвид примкнёт к моему наслаждению, которого полно, чтобы разделить его с кем-то.

Иногда мысли очень быстро материализуются, но ты явно к этому не готов. Потому что подпрыгнула я от слов «доброе утро» выше, чем цирковой дельфин. И прошу заметить, без нужной на то подготовки.

— Твою ж …, я чуть не ушла в иной мир, ей богу.

— Сорри! — с поднятыми руками Дэвид выходит на пучину солнечного света, исходящего снаружи. — В следующий раз, спускаясь по лестнице, буду подпевать Стивену Тайлеру.

— Ох, Дэвид, и как ты мог скрывать от меня свою любовь к пению?

— У меня имеется такой талант, а ты не знала разве? Если бы с бизнесом не получилось, то точно стал бы певцом.

— Но как удачно всё для нас землян сложилось, не правда ли?! Смотреть на твои безмолвные, но в то же время роскошные отели, я думаю, куда приятнее.

Лёгкая усмешка Дэвида, и утро состоялось. Щеки мои розовеют, тепло внутри разливается. Молодец Амели! Браво! Только первый совместный день начался, а ты уже как лужица. Лишь бы самой на ней не поскользнуться.

За завтраком Дэвид ловит каждый мой взгляд, направленный на сидящего напротив мужчину. Возраст ему и впрямь к лицу. Черты стали чётче прорисованы. Глаза выражают уверенность, твёрдость. Может где-то в нём и играют блики былого юношеского озорства, но он либо их прячет под костюмом, сшитым по его индивидуальным меркам, либо выставляет прочную блокаду.

Разглядывать Дэвида было прекрасным занятием, которое он решил прервать кое-каким напоминанием. Уж о нём я не забыла.

— Я написал, что через час мы будем у них. Успеем?

— Времени более чем достаточно.

Я не вступаю в конфронтацию и не отыгрываю пару ненужных ни для кого часов. Час? Хорошо. Не будет времени переключиться на заднюю передачу.

Потратив на сборы двадцать минут, вышагиваю на встречу к Дэвиду, ожидающему меня в холле. Не может не льстить его выражение лица с намёком на дикость, первобытность. Приятно вновь пробуждать подобное в нём. Даже если это довольно-таки бессмысленно.

— Позволишь? — протягиваю к нему руку. — Однажды ты обещал, что с получением прав я смогу объездить её как следует.

— Помню. — Не раздумывая, Дэвид вкладывает в мою руку ключи. — Думаешь, сможешь укротить моего строптивого коня?

— Я уже держу его в узде. — Подмигивая, я ломанулась к черному красавцу. Невтерпёж проверить и его на прочность. Может и он мне поддастся, как и его хозяин, который так и норовит испепелить меня своими глазами.

Поездка удалась на славу. Давно я не освобождала себя от внутренних бушующих демонов. Они есть у всех. И каждый сам выбирает как их выпускать. Я же свой способ однажды подсмотрела, а моё подсознание его навязало.

Припарковавшись у дома Кендры, встречаю на себе пристальный и озадаченный взгляд Дэвида. Он просит объяснений, и я их ему даю.

— Кольцевые гонки для любителей. Старое и давно забытое увлечение.

— Не похоже, что забытое.

— Забытое, — сказав с некой горечью во рту, я резко убираю руки с руля, как с горящей плиты, и вскакиваю с места. Оказавшись вне машины, уверенность тут же пропадает.

Через несколько секунд я увижу её спустя 7 лет. Обнять, поцеловать, сказать «привет» — ещё не решено, а я уже возле той двери, к которой руки тянулись открыть одним движением, но сердце ноюще умоляло не трогать.

Глава 20. Амели

— Боже, Ами… Я теперь тебя не отпущу… Никогда! — Кендра обвила меня как удав туго и бескомпромиссно. — И не проси меня. Никогда больше!

Я будто маленький мышонок, который загнан в угол. Однако при этом первый на свете грызун, готовый пробыть в змеином крючке хоть всю ночь. Я поймана и от этого счастлива. Парадокс.

— Если бы ты это не озвучила, я бы сама попросила тебя меня не отпускать. — На последующих словах меня словно приглушили, и я продолжила говорить сиплым и дребезжащим голосом. — Я по тебе очень сильно скучала, Кендра. Прости.

— И ты.

— Тебя то за что? — Я чуток отодвигаюсь, чтобы взглянуть ей в глаза.

— За нелестные слова при упоминании твоего имени. Я крайне была остра на язык. Не могла свыкнуться, что тебя нет со мной рядом.

Я не знаю сколько мы пробыли в объятиях с Кендрой, но для нас обеих Земля остановилась. Прежде, чем зайти в дом, подруга прощупывала меня с ног до головы не один раз, убеждаясь, что перед ней не 3D проекция. И грудь нэчурал и попа текчурал.

Когда мы с подругой всё же перекрыли свои слёзные каналы и изменили траекторию движения своих тел в сторону дома, я вспомнила, что кое-что я упустила в описанной мною цепи развёрнутой встречи с подругой — родителей Дэвида и Кендры. Несомненно, они сегодня здесь, а мне им нечего сказать. Я всё детство оттаптывала порог их дома и была желанным для них гостем. Но это было до тех пор, пока я втихомолочку не совершила побег.