– Что силы в плоти? Только мясо!

Потуги, боль, стук сердца частый…

Ваше безмолвие ужасно!

Продолжим же, я жду,

Наш диалог и ваших слов, спасительный поток!

Быть может я, стараюсь здесь напрасно?

Итан вынул кляп и вопросительно посмотрел на парня. Тому хватило сил только на стон. Итан демонстративно прислушался. – Что?! – не расслышав ничего кроме хрипа, Итан ткнул пленника в живот лезвием. Когда тот, раскрыл рот чтобы закричать, Итан с силой забил кляп ему на «место». Махнув рукой на несговорчивого «гостя», Итан перешел ко второму подвешенному. Лезвие бритвы блеснуло в полумраке серых стен. Итан взял парня за волосы и прижался к его щеке своим лбом.

– Признаюсь Вам, Ваш друг глупец!

Не хочет он ответить правду и забыться

Уйдя спокойно в дивный мир

От куда нет возврата, и смириться

Забыв про все, как тот ужасный сон,

Что иногда, нам всем порою сниться…

Все будем там, а вы, быстрей!

И я даю возможность, здесь, тому случиться!

Лезвие прошлось по груди и извиваясь, скользнуло под грудь, описывая змейку. Затем, крепкая рука, точным движением, описала круг и добавила несколько изгибов. «Алчность»! Пленник ревел через тугой кляп. По телу прошла дрожь и несколько судорог. Он обмочился. Итан отошел назад и плавно сел в свое кресло. Белоснежный, шелковый платок старательно отер лезвие от крови. Итан отложил бритву и медленно расстегнул рубаху. – Видите? Вы теперь, как и я! – на широкой груди, под черным с проседью волосом, был отчетливо виден уродливый шрам в виде символа «Месть». – Это сделал мой папаша! Он был такой креативный! – черные глаза Итана, холодно блеснули из полумрака. – Когда-то я тоже был таким. Как вы! Алчным, упрямым и глупым… Я родился тридцать девять лет назад в городе Ринтен. Единственный ребёнок в семье ростовщика Карино Гарсиа Мануэль Малита и «инопланетницы», торговки Беатрис, уроженки Терра-один. Большую часть своего времени, я проводил в бедных кварталах Ринтена. Моя семья жила зажиточно, я ходил в престижную школу, однако мне очень хотелось своих личных, и неподконтрольных папаше денег, а скорее всего не хватало той самой свободы, которую они могли дать! Сначала, я продавал марихуану и амфитамины. Доходы были не высоки, но это дало возможность завести некоторые важные знакомства в криминальном мире Ринтена. Тайком от отца, мать скопила приличную сумму денег и хотела их выгодно вложить. Тогда я свел ее с Ксавьером. С ним я познакомился, еще когда торговал «дурью». Несмотря на то, что Ксавьер был в два раза старше меня, он отнесся ко мне, как к равному ему, деловому человеку. Мы провернули с ним несколько удачных дел. Он был честен со мной и ему можно было доверять! Беатрис деньги вложила. И влюбилась в него по уши. Се ля ви… – Итан усмехнулся. – Роман был бурным и продолжительным! Узнав о романе матери и Ксавьера, отец был в ярости! Тогда Беатрис на эмоциях все рассказала ему. Во всех подробностях! Даже о том, что это я их познакомил! Хех! Мамаша быстренько смоталась от скряги и деспота Карино Малита, и оформив развод, выскочила замуж за Ксавьера, выбрав жизнь на орбите. Подальше от папаши… У Ксавьера была торговая лавка и склад на орбитальной платформе Ливеске. Он был мутным типом, однако этот человек, в отличие от отца, хорошо ко мне относился и помог стать на несколько ступеней выше, позволив заработать свой первый капитал!

Схема, придуманная Ксавьером работала. Он перепродавал все, что пригонял ему, я, его «новоиспеченный пасынок», который теперь занимался скупкой краденной электроники, драгоценностей, дорогих автомобилей и прочего, для последующей перепродажи на орбите, подальше от полиции и прочих «законников», которых на платформе, кроме местной службы безопасности, не было. Будучи не законным и сулящим немалый срок, этот бизнес давал мне фактически монополию! У меня была ФАМИЛИЯ! А это значило, что я прямой потомок первых колонистов, которые пришли на Ливеске около тысячи лет назад, и практически полностью истребив коренное население разумных рептилий, заселили около сорока процентов всей территории планеты! Говорят, что эти ящеры уцелели и их племена до сих пор живут в бескрайних прериях Ливеске! Вы не знаете? – Итан поднялся и подойдя к каждому и з пленников, глядя в их лица, задал этот вопрос. Естественно ему никто не ответил, так-как их рты были заткнуты кляпами. Пленники стонали, извивались и смотрели на своего мучителя, широко распахнутыми, обезумившими от боли глазами. Итан разочарованно вздохнул и вернулся к креслу. – История освоения родного мира, меня интересовала в последнюю очередь! Главное, что тех, у кого есть фамилия было по пальцам посчитать, и для местных властей это равнялось слову – Неприкасаемый! Таков был закон, навеки ратифицированный первыми покорителями диких прерий Ливеске. Деньги текли рекой, местные бандиты, благодаря связям, приобретенным еще в детстве, регулярно снабжали меня «горячим» товаром и это все казалось просто увлекательной игрой! Однако, как и любая игра, она скоро закончилась… Ксавьер умер. От передозировки! В скором будущем умерла и мать. Согласно полицейскому отчету, в крови Беатрис обнаружили не совместимую с жизнью дозу наркотических веществ. Хотя и мать, и Ксавьер, никогда не употребляли эту дрянь…

– Смотря на мир сквозь призму кайфа,

Растратив жизнь на сладкий яд,

Оставили мальца судьбе на шалость,

Пройти сквозь боль, лишений ряд…

О люди!

В душе своей найдите совести, хоть малость!

Быть может зря, о них, так говорят?

Итан покачал головой. – Точно такие-же символы, были вырезаны и у них. – Итан осторожно, будто опасаясь стереть, погладил символ на своей груди. – «Месть» … Дело о вероятном убийстве Ксавьера и Беатрис, возбуждать никто не стал! Передозировка, – одна из самых распространенных причин смерти на Ливеске. А по поводу этих, странных символов, никто и вовсе не заморачивался. Следователь, который вел расследование, так и сказал: – Наркоманы… Что с них взять? – Тогда ему хотелось закрыть это дело как можно скорее, и отбыв на Терра – два, с удовольствием потратить ту, не малую взятку, что дал ему мой отец. Я ничего не знал! Осознание того, что я в один час лишился и матери, и единственного человека, который ко мне хорошо относился в этом мире, пришло словно снег! Оно обожгло меня ледяным холодом, и я просто жил изо дня в день, пребывая будто в бредовом сне. Но все было не так уж и плохо! Мне достались в наследство лавка и склад от Ксавьера, а от матери, кругленькая сумма на их общем счете в банке! После похорон Беатрис, мой папаша, Карино Малит, сразу вспомнил, что у него есть сын и он с особым рвением напрашивался на нашу встречу! Мне было ужасно одиноко… Кроме отца, в этом мире, у меня никого больше не было! Я договорился о встрече с отцом, здесь на платформе, в офисе Ксавьера. Сказал, что буду один… Глупец! Согласно закону, все имущество, передается по наследству ближайшему родственнику! Он использовал нервнопаралитический газ, предварительно сделав себе укол препаратом, блокирующим действие газа. Баллончик был не большой, но мне этого вполне хватило! Я очнулся от нестерпимой боли! Мои руки были связаны, а мой отец, с безумными глазами, старательно водил лезвием по моей груди… Тогда меня спасло то, что стяжка на моем запястье оказалась слишком слабой и лопнула… Я зарезал его. Вот этой самой бритвой! – Итан с любовью погладил деревянную рукоятку, старенькой опасной бритвы. – Он пришел ко мне с ней! Он пытал меня! Представляете?! – Итан одним рывком поднялся и подошел к пленникам. Он схватил за волосы того, у которого было вырезано «Глупость», выдернул его кляп и с силой полоснул его лезвием по голове! Кровь брызнула фонтаном, обильно оросив шею и лоб Итану. Пленник закричал и затряс разрезанным лицом. Рассеченный глаз упал на пол. Итан аккуратно поднял его и поднес к лицу пленника в раскрытой ладони.

– Не видя Рая, лезут в Пекло

Не зная зла, идут к нему

И я не добрый «Бог Завета»,

Я покажу вам кровь и тьму!

И лица, что кричат от боли

И сердца трепетного стук,

Я призову вас всех к ответу,

Найду и разорву, как сук!

Он примерил глаз на место, однако тот не желал держаться и снова упал на пол. Смутившись, Итан поднял глаз и очистив от пыли, затолкал его пленнику в рассеченный рот. – Родной отец шел резать собственного сына, чтобы я отдал ему код от счета в банке, который достался мне от матери! – Итан раз за разом, медленно резал лицо наемного убийцы, все больше покрываясь брызгами его крови. – Ограбить пятнадцатилетнего мальчишку! Но я оказался сильнее… – Итан выдернул кляп у второго и замахнулся на него лезвием бритвы.

– Терра Дио! Терра Дио! – истошно заголосил второй.

– Что?! – Итан остановился.

– Наш заказчик, с Терра -два! – пленник, у которого было вырезано «Алчность», с ужасом смотрел на месиво из крови и обнаженных костей, того что осталось от лица его напарника.

– Вот как! – Итан развел руки в стороны и растянул широкую улыбку, обнажив ровный ряд белых зубов между окровавленных губ. Склонив над пленником голову, он прошептал:

– Вам жизнь дана бесплатно и на время,

И алчность ваша, стоит вам терпения!

Вам боль подскажет путь,

Что в мире есть одна лишь суть!

Страданий чтобы избежать,

За дорого слова должны вы мне продать,

Купив себе дорогу в мир забвенья!

Итан нацелил лезвие в глаза едва живому, перепуганному наемнику. – Адрес и имя, сука!

По среди просторного помещения, в котором уже закончили ремонт стояла «гордость» хозяина. Реликвия, видавшая еще первых колонистов Ливеске! Огромный стол, выполненный в античном стиле из редчайшего «Черного дерева». Его резные, деревянные ножки, твердо и уверенно упирались в свежую мраморную плитку мягкого, золотого цвета, а овальная столешница, с инкрустированными узорами из серебра и золота, была отполирована до зеркального блеска и отражала перламутровый фон нового, натяжного потолка. Стол, как монумент возвышался среди обитых бежевой тканью стен и всем своим видом, вызывал неподдельное восхищение, а чаще жуткую зависть, у редких посетителей этого места!