Это точно Олег.

И он точно абсолютно наглухо загашенный.

Сидит прямо у меня на пороге, вытянув одну ногу и откинувшись на дверь. Рядом - разбросанные окурки, бумажные салфетки и пара пустых бутылок. И еще - смятые упаковки от каких-то таблеток, так что, возможно, он конкретно «нагрузился» не только бухлом. Полупустой стакан Олег держит на болтающейся руке, и даже странно, почему он до сих пор не вывалился.

— Макс, - бубнит он, еле-еле отрывая подбородок от груди. Сразу видно, что ему тяжело это дается, как будто на шее висит невидимая гиря на тяжелой цепи.
– А я думал, и сегодня будешь ночевать у своей очередной бляди.

Ругающийся матом Олег - это уже само по себе тревожный звоночек. Потому что, как он любит говорить, гопник и матерщинник у нас я, а он - интеллигент, и даже хорошо, что на фоне вставляющего через слово «блять» меня, он всегда смотрится выигрышно.

— Давно ты тут?
– спрашиваю я, кое-как все-таки отбирая у него выпивку. Бухой или нет, а в стакан вцепился как в мамкину сиську.

Олег пытается посмотреть на часы: подносит запястье почти к самому носу, сильно щурится, чтобы сфокусироваться на крохотных цифрах, но в итоге просто машет рукой.

— Давай-ка я тебе помогу.

Наклоняюсь над ним, чтобы взять под подмышки и поставить его на ноги. Олег отбивает мои руки, но я пробую снова и снова. А потом, когда он окончательно сходит с ума и начинает пихать меня ногами, отхожу.

— Ладно, блять, нравится сидеть тут в куче собственного говна - пожалуйста.

Кое-как, стараясь не зацепить его даже случайно, сую ключ в замочную скважину, открываю дверь и захожу внутрь. Олег продолжает сидеть на пороге, разгребая окурки в поисках того, из которого еще можно выцедить пару затяжек.

— Уже уходишь?
– спрашивает заплетающимся языком.

— Ага, но ты всегда можешь зайти в гости, если хочешь поговорить.

«Или заползти», - добавляю про себя.

Глава восьмидесятая: Меркурий

Не знаю, сколько здесь был Олег, но даже внутри квартиры стоит легкий сизый туман горького табачного дыма. Быстро открываю настежь все окна. Ставлю чайник. Нахожу упаковку активированного угля и пару таблеток шипучего аспирина - я давно не пью, так что никаких специальных антипохмелинов в моей аптеке нет. Там вообще почти ничего нет, потому что я и болею крайне редко.

Олег все-таки заходит внутрь. Держится за дверной косяк, стоя на пороге кухни с видом человека, который ни хрена не понимает, где он и что здесь делает. Но потом замечает меня, кивает каким-то своим мыслям и грузно падает задницей на табурет.

— Пошёл бы проблевался, - предлагаю я, но он отрицательно качает головой.
– Ну хуй с тобой.

Ставлю перед ним стакан с водой, сую горсть «угля».

Олег все это выпивает залпом, в конце шлифуя шипучим коктейлем из аспирина. Не уверен, что его не стошнит в ближайшие пару минут, но хотя бы в башке просветлеет. Кофе делаю покрепче, сразу две чашки - мне тоже не помешает крепкая доза кофеина.

Несколько минут мы просто молча пьем, глядя каждый в свою сторону.

Потом у меня звякает телефон - и Олег неожиданно резко и четко, словно не он только что валялся на пороге, поднимает голову. Взгляд у него еще в дымке, но уже точно не «непонимающий».

— Это она, да?
– Тянет руку, пытаясь отнять у меня мобилу.
– Это Ника?

Меня всегда коробит, что он называет мою Планетку чужим именем. Даже если оно не совсем чужое. В общем, ладно, это просто нездоровая хуйня в моей башке, но именно сейчас еле сдерживаюсь, чтобы не съездить ему по роже.

— Это Ника?
– допытывается Олег. Становится очень агрессивным, когда снова не получает свое.

Я бросаю взгляд на экран - это мой «коллега», мы договаривались встретиться на спокойной земле и поболтать обо всяком. Но это подождет. Гораздо важнее, почему Олег думает, что Вера может мне звонить или писать? Он все-таки как-то узнал о нас? Тогда понятно, почему сторожил мой порог. Хоть с кулаками не бросился.

На всякий случай решаю держать язык за зубами.

— Это не Ника.

Он внимательно изучает мое лицо, потом обреченно кивает и осматривается в поисках своего стакана. Его я предусмотрительно выкинул в ведро - уж что-что, а новых богемских стекляшек мой крутой друг точно может купить сколько душе угодно.

— Она ушла, - говорит Олег, и я непроизвольно задерживаю дыхание.
– Бросила меня. Прикинь?

Я пытаюсь понять, говорит он всерьез или блефует. Даже бухой в дрова Олег - хитрая змея. Странно, что раньше я восхищался этим его талантом разводить людей, а сейчас меня от этого почти натурально тошнит.