— И мне такую же хуйню! Мясцо - оно всяко лучше, чем слизняки в скорлупе.

— Тогда уж на троих, - подхватывает третий.

Мне кажется, если бы такая функция была предустановлена в нашем теле, у девушек за столом повалил бы пар из ушей. Но, кажется, гроза миновала? И моя нечаянно сказанная глупость превратила весь этот пафос во… что-то более живое?

Но мой порыв мгновенно гаснет, когда я натыкаюсь на взгляд Олега. Точнее, когда понимаю, что он видит, куда я последние секунд десять глазею на проклятого Меркурия. Благо, он как раз о чем-то говорит с соседом по столу и наклонился к нему.

Олег, как будто хочет подчеркнуть, что заметил, куда я пялюсь, прослеживает траекторию моего взгляда. Макс поднимает голову в нашу сторону. Немного щурится, чуть вопросительно вздёргивает бровь, но его спутница буквально вешается ему на локоть. Прижимается так тесно, как будто он - терка, а она - старый кусок пармезана.

— Точно не хочешь устриц?
– спрашивает Олег, но в его словах мне чудится: «Какого черта тут происходит?»

От непонимания меня слегка подташнивает.

То есть, совсем не слегка. Болтанка поднимается откуда-то из живота и застревает под самым подбородком. Хватаюсь за стакан, чтобы запить этот противный вкус, но вдруг понимаю, что, если хоть на миг разомкну губы - будет очень, очень, очень плохо. Поэтому, тронув Олега за плечо, пулей взвиваюсь с места и бросаюсь через весь зал куда-то, где, как мне кажется, должен быть туалет. Сначала направо, потом - налево, чуть не сбиваю с ног пожилую женщину. Одна из официанток, видимо, понимает в чем дело, потому что показывает куда-то в сторону большой зеленой композиции. Слава богу! Я бы в жизни не догадалась, что за ней может быть хоть что-то!

Только закрывшись внутри и облегчив желудок, мне становится легче. Насколько это слово можно применить к ситуации, которую смело можно назвать «Катастрофической». Взгляд Олега до сих пор здесь. Я потираю плечи, то и дело озираясь, потому что не могу отделаться от мысли, что он каким-то образом незаметно пошел за мной и просочился сквозь дверь. Что, если он догадался?

Я отгоняю эти мысли.

Невозможно.

Я никогда ни единым словом даже близко о нем не упоминала. Господи, я даже не знала, что такое совпадение вообще возможно! Ну и что, что я посмотрела на него несколько секунд? Я на всех его друзей смотрела, на тех двоих так гораздо больше!

В памяти всплывает непонятно откуда сохранившаяся подсказка: «Люди могут не заметить темное пятно на белой блузке, пока ты сама не попытаешься его спрятать». Может, я просто слишком сильно дергалась?

Отражение в зеркале выглядит таким потрепанным, словно и не было тех двух недель на острове, отдыха, фруктов, витаминов и солнечных ванн. Кажется, еще немного, и из меня полезут обратно все мои синяки, царапины и стертые до крови мозоли.

— Успокойся, - громко шиплю себе в Зазеркалье.
– Даже если Олег узнает, что мы были знакомы - что это меняет? Ничего не было. И никогда ничего не могло быть. Вы просто чужие люди, которые пару раз пересеклись. У него под подмышкой «новая тёлка», а у меня…

Я прикасаюсь к бриллианту на кольце.

Самое ужасное, что до этого проклятого вечера я даже как будто… была немного счастлива.

Глава тридцать седьмая: Меркурий

Впервые в жизни я реально ни хуя не чувствую вкус мяса.

Передо мной лежит огромный сочный кусок самого дорогого мяса в мире, приготовленный каким-то неипическим поваром и поданный на доске из пипец какого элитного дерева, а я чувствую себя человеком, вынужденным жевать оберточную бумагу.

— А вот и не успеешь!
– громко говорит Наташа и вонзает вилку в кусок, который я только что отрезал от стейка. Быстро сует его в рот и начинает жевать с видом человека, который поймал и зажарил Золотую рыбку. Ту, которая могла бы исполнить три его желания, если бы он не был таким идиотом.

Она меня раздражает.

Бля, зачем вообще пришел с ней? Что и кому пытался доказать, когда жопой уже давно понял, что это - точно совсем другое?

А сейчас, на фоне оригинала - правда, куда-то стремительно сбежавшего - моя китайская подделка кажется не просто «неплохой репликой», а абсолютной ее противоположностью. Как на картинах типа «Ожидание и реальность».

— Что у тебя с лицом?
– Наташа бодает меня плечом и я, чтобы не сорваться, делаю вид, что у меня срочное сообщение в телефоне.

Делаю вид, что набиваю кому-то ответ.

Интересно, если я сейчас под выдуманным предлогом откланяюсь - Олег сколько мне это будет вспоминать? Я его знаю не первый год и в курсе, какой злопамятной сволочью он может быть. Особенно, когда дело касается любой тени на его «безупречном образе».

— Ты там случайно кальмара со своих островов не привез?
– посмеивается дородная жена Сергея. Та, которая сама только недавно разродилась.
– Ну или морскую звезду.

— Тарань!
– охотно подсказывает супруге Сергей.

Блять.

Что за…?

Перед глазами снова встает та фотка, которую я видел в инсте Олега. Снова складываю два и два. Он провел отпуск с Верой (кстати, почему он называет ее Никой?)

Он и она. На острове. Пляж, океан, тропики. Зная замашки Олега и его зацикленность на «дорого_богато», думаю, не ошибусь, если предположу, что на том сраном острове кроме них с Венерой не было ни единой живой души.

Дай угадаю с трех раз, чем они там занимались?