— Главное, чтобы Машу не привела…

— Я сказал, чтобы не брала девочку с собой. Позвонишь, когда я уйду. У Маши уроки заканчиваются через полчаса. Твой телефон в тумбочке у кровати. Он заряжен.

Игорь замолчал, повернувшись ко мне спиной, а я обвела помещение глазами.

Это не похожу на обычную больничную палату. Скорее, гостиничный номер. Только медикаментами пахнет. Сомневаюсь, что это обычная бесплатная клиника…

— Это всё ты? — спросила шёпотом, опасаясь, что голова снова разболится.

— Что именно? — уточнил мужчина.

— Эта палата. Пульт для вызова медсестры, телевизор…

— Я, — подтвердил Суржевский. — В произошедшем есть и моя вина…

— Ты же понимаешь, что это полная чушь. Только я виновата, что не смотрела по сторонам.

Игорь промолчал. Он снова повернулся ко мне лицом и посмотрел прямо в глаза, разгоняя по уставшему телу мурашки.

— Совсем скоро ты будешь в полном порядке. Но в больнице придётся провести ещё дней десять… Я приду завтра. Отдыхай.

И Суржевский вышел из палаты, оставляя меня одну, но с полным штилем в душе и лёгкой улыбкой на похудевшем лице.

Завра он снова навестит меня…

Мама приходила каждый день, а с Машей я созванивалась утром перед школой, потом дочка набирала меня сразу после уроков и ещё вечером.

Игорь исправно появлялся по утрам. Больше он не предупреждал о своих визитах. Я просто знала, что мужчина придёт около десяти.

А по вечерам медсестра приносила в мою палату свежие цветы… Сомневаюсь, что это от врача.

Каждый раз Суржевский коротко рассказывал о том, как идёт завоевание западного рынка, верно понимая, что мне будет интересно узнать, каковы плоды моего труда. Иногда он просто спрашивал, как я себя чувствую, и надо ли что-то привезти. Сначала я отнекивалась, стесняясь, но вчера почувствовала себя раскованнее и призналась, что уже несколько дней хочу пельменей из того ресторана… Игорь, конечно, не удержался от пары колкостей, чем заслужил несколько гневных реплик в ответ, но это было весело.

Интересно, пельмени-то привезёт? Очень хочется…

На четвёртый день пребывания в общей палате мне разрешили принять душ. Решив, что выгляжу вполне сносно, позволила матери взять с собой Машу.

Я ужасно соскучилась, и не чувствую больше такой слабости во всём теле. Не выгляжу жалкой, поэтому дочке уже можно на меня смотреть — не расстроится.

— Дядя Игорь мне сразу сказал, что с тобой всё будет хорошо, поэтому я не волновалась, мам, — серьёзно заявила дочь, присев на край моей кровати. — У него глаза честные. Думаю, он знает, что врать нехорошо. У него такая большая квартира, мам! И так высоко! А из окна видны небоскрёбы. Мне понравилось у него в гостях. Жаль, ты не видела, комнату его Маши… Там такой комод крутой. Нам тоже такой нужен. Только как ты его купишь, если не видела…

— Я видела, дочь, — ответила и бросила взгляд исподлобья на мать. Она сделала вид, что не обратила на эту ремарку внимая, копошась в своей сумке. — Я тоже думаю, что у нас такой отлично впишется под окном.

Дверь в палату распахнулась, и на пороге появился Игорь, приковав всеобщее внимание к своей внушительной персоне.

Каждый раз, когда он приходит, я испытываю щенячий восторг. Если бы у меня был хвост, сейчас он вилял бы из стороны в сторону.

Лицо Маши озарила искренняя улыбка, и Суржевский ответил ей тем же.

— Привет, принцесса, — тепло поздоровался Игорь, наполняя мои глаза слезами, которые я изо всех сил попыталась сдержать. Получилось. — Как дела?

— Здрасьте! — довольно воскликнул ребёнок. — Круто, что вы тоже пришли! Бабушка дочитала мне ту сказку, про кролика, и я пересказала её на уроке в школе.

— Наверняка, получила пятёрку, — улыбаясь, заявил Суржевский.

Маша гордо кивнула, агакнув.

— Здравствуйте, — Игорь перевёл взгляд на маму. — Не буду мешать. Подожду в коридоре.

Вероятно, на моём лице отразилась паника, сковавшая всё тело. А вдруг он не дождётся! Он же так много работает… Игорю могут позвонить в любой момент, и ему придётся уехать…

Мама тепло улыбнулась, накрыв своей ладонью мою руку, и посмотрела на Суржевского.

— Нет, мы уже уходим. Маше ещё уроки делать.

И мама поднялась на ноги, утягивая за собой девочку.

— Пока, мамуль. Можно я завтра с бабушкой приду?

— Конечно, — улыбнулась дочке, — ну-ка целуй маму.

Маша наклонилась, быстро чмокнув меня в щёку, и пошла за бабушкой.