Да даже просто прорвавшись в центр корабля, к наиболее уязвимым системам, абордажная команда может натворить немало дел, вплоть до уничтожения главного корабельного реактора.

Нет, лучше подстраховаться. Если он ошибается, то все произошедшее можно объявить тренировкой в приближенных к боевым условиях. Но внутреннее чутье подсказывало Марку — ошибки нет.

В других условиях он бы предпочел не связываться со спасением команды непонятного транспорта. Но сейчас на мостике находится представитель дома Орка из свиты Аэллы. Приходится играть в никому не нужное благородство.

— Август, сообщи баронессе, что я вынужден ее побеспокоить, — сказал он, добравшись до закрытых дверей своей каюты. — Мне нужен мой тяжелый скаф. — Демонтировать станцию технического обслуживания с «Велесом», размещенную прямо в адмиральских апартаментах Марк не стал, пожалел техников. Да и смысла в подобных действиях не видел, в Игнисе Аэлла Серт де Орка покинет борт лидера прорыва, а он вернется в свои законные апартаменты.

— Баронесса разрешает войти, — сообщил Август, открывая дверь.

— Что случилось, Марк? — Аэлла встретила его на пороге каюты. Выглядела она встревоженной, но это куда лучше мины скорби и равнодушия, казалось бы навсегда поселившийся на этом красивом лице. — Зачем тебе понадобился боевой скаф?

— Гости, — односложно пояснил Марк, встав перед станцией ТО. — В зоне перехода терпит бедствие корабль. Просит принять на борт своих раненых. Они уже летят к нам на двух челноках.

— Думаешь, это ловушка? — нахмурилась Аэлла, вспомнив обстоятельства своего пленения пиратами, во время заключительного штурма орбитальной крепости дома Орка. Тогда тоже висел вроде бы обычный вольный торговец в сопровождении небольшого эскорта из кораблей наемников, а закончилось все молниеносным захватом ее яхты, в результате чего она чуть не стала пленницей пиратов.

Девушка поежилась. Она до сих пор помнила этот противный, липкий страх, свою полную беспомощность. Она всегда будет благодарна Марку за то, что он вытащил ее из этого ожившего кошмара.

О том, что именно Марк Ортис и организовал ей этот кошмар, чтобы предстать в глазах дочери барона Корвуса спасителем, она даже не догадывалась.

— Возможно, — вновь односложно ответил Марк. Ухватившись за верхнюю перекладину станции технического обслуживания, он ловко проскользнул в «Велес». Скаф закрылся, плотно облегая тело. Несколько ненавистных секунд темноты и полной беспомощности перед активацией систем. Только перед глазами мелькают белые строчки системного кода. Проверка систем закончилась, щелкнули страховочные карабины, отсоединился кабель питания. Марк стал заваливаться вперед, машинально сделал шаг. Выровнялся.

Давненько он не забирался в тяжелый скаф и немного отвык, но скоро навыки контроля возьмут свое.

— Август, оружейная!

Часть стены слева от него ушла вбок, давая доступ к небольшому, но весьма представительному арсеналу, спрятанному в адмиральской каюте. Две штурмовые винтовки, с запасом снаряженных магазинов. Несколько осколочных и электромагнитных гранат. И верх расточительства — парочка универсальных абордажных кортиков. Казалось бы смешное оружие, не способное пробить тяжелую броню. Но благодаря нанесению на клинок особого и безумно дорогого нанополимерного покрытия любой подобный «ножик» с легкостью прошивает щит, а затем в дело вступает встроенный в рукоять подавитель.

В снаряжении тяжелого абордажника, или тяжелого пехотинца, как их все чаще называют из-за начала полномасштабных сражений на поверхности планет. Абордажный клинок — второе по дороговизне снаряжение после тяжелого скафа.

Только забрав одну из винтовок и убрав в скрытые ножны скафа кортик, Марк вспомнив о незваной гостье. Да и то только потому, что девушка помахала поднятой вверх рукой перед его лицом. Наверное, до этого Аэлла что-то спрашивала, но занятый приготовлениями, он как-то забыл активировать внешние микрофоны шлема и ничего не услышал.

— Да? — вопросительно посмотрел он на девушку, открыв визор.

— Я иду с тобой, — огорошила его баронесса. — Мне нужен тяжелый скаф!

Марк нахмурился, потакать чужим капризам, даже если это капризы Аэллы, он не собирался.

— Глупая затея. Для абордажника личный скаф — часть себя, — попытался объяснить он, сглаживая возникшую неловкость. — И на борту «Октавиана» нет лишних скафов.

Тяжелые скафы из-за своей запредельной стоимости не простаивают в арсеналах. В ход идут даже древние модели с щитами первого поколения, способными выдержать от силы три-четыре попадания. И такая практика не только в Пространстве с его вечным техническим отставанием от Центральных миров, а по сей паутине.

— Ты не понял. Мне нужен мой скаф, — пояснила Аэлла, с интересом разглядывая укрытый в стене арсенал, о существовании которого даже не подозревала. — Он находится в трюме среди прочих моих вещей. Я сделала выводы из своего прошлого пленения, — добавила она.

— Хорошо, согласился Марк, — здраво предположив, что сестра Гнея просто не успеет к намечавшемуся действию. Да и будет ли оно еще?

— Спасибо… Наклонись, — внезапно попросила она, а когда Марк выполнил требуемое подалась вперед. За неимением других открытых участков, быстрый поцелуй пришелся в лоб, а скорее даже в переносицу. — На удачу, — мило покраснев, добавила Аэлла.