— Вы врач?

Мимимишик поднял голову, на мгновение оторвавшись от своих дел, но потом, в очередной раз ничего мне не ответив, занялся раненым. И я ждала еще минут пятнадцать, прежде чем он приказал Аркудову сложить обе аптечки и внимательно посмотрел на меня.

— Похоже?

— Что? — переспросила я, уже забыв, о чем спрашивала. Нервное возбуждение спадало, и теперь я ощущала холод. Неслабый, и костер не разжечь, потому что снаружи ливень, а еще — не провалится ли наш вертолет? — Наш вертолет не провалится из-за дождя?

— Нет. — Мимимишик себе не изменял, и меня тряхнуло от бешенства. К чему я могла отнести его «нет», но, похоже, к обоим вопросам.

Я забрала у Аркудова маленькую аптечку и вытряхнула из нее таблетки. Стандартный набор, как раньше был в любом автомобиле, и я вручила Аркудову и Милене по блистеру, чтобы посмотреть, верна ли моя догадка. Лекарства были разные, похожего свойства, но один блистер был фольгированный, а другой — обычный, бумажный, и если Милена с фольгой справилась довольно легко, то Аркудову с бумагой пришлось повозиться. Я взяла у него блистер, не без труда вытащила таблетку сама, отдала блистер Мимимишику.

— Вы оба снимите все мокрое, — посоветовала я, — а вы выпейте. Хуже не будет. Хуже будет, если у вас поднимется температура, а так, может быть, повезет, сработает на опережение.

В подтверждение моих слов Милена чихнула.

— Там градусник есть, — я кивнула на маленькую аптечку и внимательно посмотрела, как Мимимишик разоряет блистер. Но у него вышло ничуть не ловчее, чем у Аркудова, и я допустила, что, возможно, он притворился, ведь он ответил мне «нет», но почему нужно стесняться того, что ты врач?

— Что нам делать теперь? — глухо спросила я у него.

— Ждать. — Мимимишик подумал. — За нами придут, вопрос когда. Нас точно уже ищут.

— А погода? Она не помешает?

Мимимишик помотал головой, но мне показалось, он о чем -то умалчивает — в который раз, и, может, сказал бы мне, но при остальных не хочет. Знает, что Милена устроит истерику? Не доверяет Аркудову? Или все-таки мне?

— Еды нет, — продолжал Мимимишик. — Но воды нет — это хуже. Все равно остается сидеть и ждать. Там река, но неизвестно, что на пути к ней. Может, тоже болото.

Ливень за окном разошелся и обливал стекла потоками. Все расплывалось, и найдись сейчас тот, кто решит подкрасться к нам — он выберет лучшее время. Мы его не заметим, хоть человека, хоть зверя, хоть призрака, и не услышим — все заглушит шум дождя. Мы как могли закрылись в вертолете, и все равно через неплотно прикрытую дверь натекала лужа и через щели надувал ледяной ветер. Милена и Аркудов начали наконец -то дрожать, я тоже, и Мимимишик рискнул — снял с Романа одеяло и отдал нам, разрешив использовать одну грелку по очереди. Мы передавали ее как первобытные люди огонь — бережно, из рук в руки, и я, пригревшись, задремала, прислонившись к холодному борту головой. Сквозь сон я почувствовала, как кто-то сунул мне за пазуху руку и вытащил грелку, но я не пошевелилась.

Проснулась я от возни и громкого кашля. Ливень немного утих, уже не заливал вертолет, а кидал то и дело пригоршни капель, Милена тряслась, пытаясь согреться, куталась в одеяло и куртку Аркудова и кашляла в сжатый кулак. Встревоженный Мимимишик возился с раненым — Роман так и не пришел в себя.

— Что? — хрипло, спросонья, спросила я.

— Температура, — негромко ответил Аркудов и следом кивнул неопределенно в сторону Милены. — Она тоже заболевает.

Удивительно, но ни единой укоризны в мой адрес от него не последовало. Я передвинулась ближе к Мимимишику, который сунул руку в карман и отдал мне еще нераспакованную грелку.

— На. На десять часов ее хватит. А то тоже заболеешь.

— Он умрет?

Глупый вопрос, потому что будь Мимимишик хоть гениальным врачом, он не сделает больше того, что уже сделал. Милена кашляла все сильнее, и когда я обернулась к ней, заметила, что по лицу ее пошли красные пятна, а глаза нехорошо, нездорово блестят. Я указала Аркудову на маленькую аптечку, и он в ответ только махнул рукой.

— Пересядь сюда, — вставая, велел Мимимишик Аркудову. — Попробую наладить связь.

Я, вспомнив, достала из рюкзака телефон Мимимишика и протянула ему. Сотовой связи не было и не могло быть, но я передала Аркудову пауэрбанк, заряда в нем оставалось немного, но у меня были еще полностью заряженных два. Что толку, лучше бы я взяла с собой еды и теплые вещи, но кто знал?

Аркудов медлил. Ему было не по себе находиться рядом с беспомощным человеком — да, тяжело. Мне тоже было не легче, но кто дал выбор и кто сказал, что мы к утру не ляжем вот так вповалку с температурой под сорок, и из милосердия, подумала я, Мимимишик нас всех пристрелит. Как в том фильме по книге Кинга. Тьма? Мрак? Мгла? Почти как то, что у нас за тонкими стенками. Наползет туман, и нам конец.

— Что ты расселся? — прошипела я Аркудову. — Страшно? Так и скажи.

Он даже не возразил, но я унизила его перед Миленой, признаться в этом он тоже не мог и только одарил меня ненавидящим взглядом.