Наверно никогда еще до этого я не лежал столь неподвижно, как сейчас. Такое чувство, будто даже пропала необходимость в дыхании. Маленьких и коротких вдохов мне хватало, хоть я и чувствовал, как сердце начинает свой разбег.

Медленно, очень медленно твари подбирались к пятну крови. В какой-то момент они и вовсе прилипли к земле, практически с ней слившись. И не будь я выше их, трава стала бы серьезной проблей. А так из окна третьего этажа они были, как на ладони.

Примерно метров за десять твари застыли. Натурально замерли без движения и только легкий ветерок заставлял шерсть на их загривках колыхаться. Я тоже превратился в статую, хотя, казалось бы, куда больше? Но нет, как бы ни любил мой разум играть со мной в игры, но в такие моменты воображение решило не шалить.

Картина под называнием застывшие в янтаре продлилась недолго. Стоило ветру чуть усилиться, чтобы породить вокруг множество других звуков, как твари сделали шаг. Снова порыв и еще один шаг. Причем вторая начала забирать чуть в сторону, что было неприятно.

Четыре метра — уши вожака затрепетали сильнее.

Три метра — и шерсть на загривке приподнимается, превращаясь в этакий гребень.

Два метра — снова статуя, лапы которой сжались в напряжении.

Ветер разошелся не на шутку и это был мой шанс. Прильнув к прицелу, навелся на голову, выбрал свободный хоть спускового крючка и набрал в грудь воздуха.

Выстрел!

Звук оглушительной волной разнесся по округе. Еще успеваю заметить, как голова твари разлетается в клочья, и уже перевожу ствол в ту сторону, где была вторая. Та даже с места не сдвинулась! Чувство превосходства человеческого разума, над жалкой тварью еще только-только поднимало голову, когда в прицеле наши взгляды встретились. Ощущение, будто в одно мгновение я стал в стельку пьян, выбило из головы абсолютно все мысли. К горлу подступил ком рвоты, а тварь уже неслась ко мне. Вот я теряю её из вида, потому что она оказывается прямо подо мной и мешает стена и тут же с разума слетает это наваждение. Рывком подрываюсь и спиной ухожу назад, упираясь в стенку и буквально захлебываюсь рвотой. Мерзкий вкус желчи смешивается с кусочками еды и всё это застревает в горле.

Выстрел! Выстрел! Выстрел!

Первое, что увидел, так это пальцы, зацепившиеся за край стены. После рывок и тварь пытается закинуть себя вовнутрь, но пуля не дает ей это сделать. Металлическая болванка приходится в щеку твари и разрывается прямо во рту. Вторая пуля лишь по касательной задевает темечко существа, после чего теряется где-то в подшерстке. Третья ушла в никуда, так как тварь уже летела к земле, расслабив хватку своих когтей.

За всем этим я наблюдал со стороны. Очередной секундный контакт взглядами перемешал мысли и ни о каком продолжении боя речи быть не могло. Согнувшись пополам и рухнув на четвереньки, я исторгал из себя всё, что вообще могло исторгаться. К желчи добавилась и кровь, после чего она пошла и из ушей. Вроде зрительный контакт прервался, но было настолько плохо, что мысли отказывались собираться в кучу. Звон в ушах, перед глазами полупрозрачные пятна и жёсткое головокружение. Тремор мышц, слабость и нескончаемые рвотные позывы. Всё это миксером прошло по телу и закончилось так же резко, как и началось.

— Сука, — сипло выдавил я из себя и тут же закашлялся.

Внутри как будто легкие зашлись спазмом, а воздух пробивался с трудом. Но даже несмотря на это, как только вернулась способность соображать, попытался принять вертикальное положение. Далось это на удивление легко. Только качнуло разок в сторону, когда выпрямился, но на этом всё. Да и стена со спины послужила хорошей опорой, так что устоял. Даже «Вепрь» схватил, пытаясь удержать на прицеле оконный проем.

От стены отлип уже через полминуты. Легче стало, тут не поспоришь, только привкус рвоты во рту и остался. Да и мысли чуточку запинались друг о друга, что напрочь выбило из головы чувство самосохранения.

Шаг, еще шаг, снова шаг. У окна я оказался небыстро. Бросил взгляд вниз, увидел безголовое тело твари и принялся искать второе. Высунулся из окна еще сильнее, надеясь на второй труп у самой стены, но никого не увидев, замер на долю секунды пытаясь всё это выстроить в логическую цепочку. Не получилось. Зато получилось отшагнуть назад прежде, чем огромные когти снесут мне голову. Лапа твари вылетела сверху окна, тогда как когти просвистели в паре сантиметров от лица. Рефлексы наше всё! Три выстрела по потолку, шаг назад и еще три выстрела. Скинуть магазин, зарядить новый, замереть.

Угловая комната, в которой расположился, имела лишь одно окно и одну дверь. Её размеры позволяли, находясь в углу, контролировать эти два проёма. И всё бы ничего, возможно, не попади мой мозг под раздачу, от стены я бы отошел. А так, когда справа раздался треск, и что-то тяжелое снесло меня в сторону, сработали опять-таки только рефлексы. Прижать «Вепрь» к боку и вместо попытки прицелиться стволом, довернуть чуть корпус, так чтобы дуло смотрело туда, куда надо. На спусковой крючок нажимал уже отстранённо, как и отстранено воспринимал боль. Пасть твари клацнула прямо над ухом, обдав гнилым дыханием. Справа на щеке ожгло порезом, справа же снизу с внешней стороны пропорото бедро. Ну и на десерт словно струи ледяной воды — когти по спине.

Мне очень повезло, что стена состояла из толстых брусьев. Будь она тоньше и вырвись тварь на меня прямой наводкой, то всё, сразу хана. А так эти куски бревен не позволили разорвать меня словно тряпку. Да, царапины, да, глубокие, но лежа под уже мертвой плотью существа, я…. Да ничего я. Пытался выбраться вот и всё. Точнее пыталось тело, тогда как разум всё еще бился в агонии непонимания и произошедшего пиздеца. А вот когда спустя минут, наверно, десять, пришло понимание… Короче, снова ничего.