—Приставить к ней стажу незаметно? – подал идею Даниил.

—Вычислит. – Шеридан чуть поморщился. – Придётся договариваться. Но всё-таки добавь парочку демонов, чтобы наблюдали за ней незаметно.

Больше ни о чём серьёзном они не разговаривали. Даниил не стал лезть в душу, как, впрочем, и всегда, а повелитель предпочитал пить в тишине под мерное тиканье часов.

—Поздно уже. Жена ждёт. – Советник привстал, немного покачиваясь. Успокоить повелителя, чтобы он перестал пить, не удалось даже после первых двух бутылок. К тому же Шеридан в отличие от Даниила чувствовал себя превосходно и собирался продолжить свой отдых. – Сегодня Дарина будет спать без пожелания тёмной ночи?

—А ты откуда знаешь? – Не то чтобы Шеридан сильно удивился, что Советник знает о его ежедневном ритуале перед сном, который он ни при каких обстоятельствах старается не пропускать, просто понадеялся, что Даниил наконец-то проболтается о своих осведомителях.

Но советник только усмехнулся.

—Тёмной ночи, повелитель.

Демон остался один и его мысли снова вернулись к ведьмочке.

—Как же не вовремя он мне о ней напомнил. – Процедил сквозь зубы, вставая из-за стола, чтобы проверить своё сокровище.

Дворцовые коридоры казались пустыми и необитаемыми, как и всегда в это время. Слуги не бегали, стараясь наводить чистоту. Придворные давно закрылись в своих покоях и вряд ли для того, чтобы просто лечь спать. Глухой звук разносился от шагов повелителя, и это приносило успокоение. Больше всего Шеридан любил прогулки по безжизненному дворцу. Время, когда никто и никуда не спешит, не шуршит своими многочисленными юбками, не склоняется перед ним в поклонах или в особых случаях не падает перед ним лицом в пол, было для него самым любимым. Он мог по дворцу перемещаться порталами, благо сил на это было более чем предостаточно, но лишать себя удовольствия тишины и разрывать пространство во дворце не считал нужным. К тому же такая прогулка позволяла привести в порядок все мысли, а сегодня ещё и немного протрезветь. Шеридан шёл прогулочным шагом и не думая спешить. Его сладкая ведьмочка давно должна уже спать после тяжёлого дня, а значит можно не торопиться. Именно об этом он думал, пока не услышал, что к эху от его шагов добавились звуки храпа, доносившиеся со стороны покоев принцессы.

«Неужели этот наглый рыжий демонёнок решил перебраться в спальню к моей девочке и ночевать вместе с ней?», — собственническая мысль проскользнула в голове, и спокойствие повелителя улетучилось.

Длинный и пустынный коридор уже не радовал, а только раздражал. Причём раздражал настолько сильно, что Шеридан сам того не заметил, как ускорил свой шаг и уже был около покоев Дарины.

—Не понял.

Он действительно не понял, по какой причине может спать стража под дверью принцессы вместо того, чтобы её охранять. То, что они больше не будут на этой должности, он решил сразу. А вот насчёт наказания ему предстояло подумать. Потому что наплевать на защиту принцессы, когда во дворце было предотвращено на неё покушение… Как только проскользнула эта мысль, он больше ни о чём не думал, даже о том, что может разбудить свою девочку звуком выбиваемой с ноги двери.

Ярость, гнев, бешенство от увиденного мгновенно набросило кровавую пелену на глаза демона. Он не заметил того, что перешёл в боевую трансформацию, что постоянно прятал от своей ведьмочки, не желая её пугать. Не видел, какими расширившимися глазами на него смотрела Дарина, как и не видел того, что младший из рода Альбус побледнел и затрясся от страха. Одним рывком стащив парня с девушки, он отправил его в полёт. Но даже то, что парень от столкновения со стеной на несколько секунд потерял сознание ему было мало. Сейчас было уже не важно, что Дарина его увидит и посчитает монстром, неважно, что будет потом бояться его и избегать общения с ним. Важен был только треск ломаемых от ударов костей, запах крови, что стал заполнять все помещение, и собственные когти, что так гладко входят в живую плоть.

***

Поцелуи Лерэна становились всё настойчивее, от его укусов кровь стала растекаться по телу. Боль, отвращение, ненависть, всё смешалась и Дарина уже смирилась с неизбежным, когда послышался грохот двери и её насильник замер, боясь пошевелиться. Сначала девушку накрыла паника от того, что кто-то увидит эту безобразную сцену, потом облегчение, что всё самое страшное позади, а потом был жгучий стыд, потому что в дверях ведьмочка увидела своего Шери. Но эти эмоции исчезли так же быстро, как и появились, потому что Дарина в первый раз в жизни увидела боевую трансформацию повелителя.

Ещё, будучи ребёнком, Дарина просила показать ей эту трансформацию, но Шеридан упорно находил причины для отказа и вообще старался избегать этой темы. Так что после многочисленных провальных попыток она и не думала, что когда-нибудь сможет её увидеть. Хоть спереди разглядеть возлюбленного ей и не удалось, потому что он переместился смазанной тенью и всё оставшееся время был к ней спиной, но девушку затопило восхищение. Было немного жаль, что огромные крылья цвета тьмы закрывают весь обзор на происходящее, всё-таки от звука ломающихся костей проснулось чувство любопытства, которое немного помогло прийти ей в себя. Она скользила взглядом по фигуре повелителя и не могла перестать на него любоваться. Его тело казалось намного больше, возможно даже увеличилось вдвое. Хотя, скорее всего так и было, потому что одежда на Шеридане порвалась и всё его тело покрывали многочисленные чешуйки, образуя естественный щит. Его хвост стал толще и был полностью покрыт шипами, а на конце вместо пушистой кисточки было огромное толстое острие размером с её ладошку. И сейчас этот смертельный хвост отбивал рваный ритм об пол, с каждым ударом разрушая напольное покрытие все сильнее. Даже его рога увеличились в размерах, готовые в любой момент проткнуть противника насквозь. Громкий судорожный вздох вырвался непроизвольно, и Шеридан резко замер, чтобы через секунду исчезнуть вместе с Лерэном, оставив вместо себя только разрушения и кровь.

«Теперь я ему противна», — была первая мысль, возникшая в голове ведьмочки, после исчезновения Шеридана и она снова разрыдалась, стараясь спрятать своё лицо в подушку.

ГЛАВА 8

С каждым новым нанесённым ударом Шеридан выплёскивал свою злость, лишь когда тело ненавистного демона превратилось в кровавое месиво, он стал успокаиваться. Помещение снова стало наполняться звуками, и когда между хрипами, медленно регенерирующего демона, послышался судорожный вздох, он испугался того, что натворил. Не оборачиваясь к ведьмочке, Шеридан подхватил виновника своей несдержанности и, наплевав на разрыв пространства, переместился на нижний этаж в самую любимую камеру лорда Адамиди.