Шрифт:
Утолив первый голод, я говорю:
– Я понимаю, у тебя всегда будет много работы. Все же, главнокомандующий, это огромная ответственность. И я очень рада, что у нас есть эти дни для знакомства.
Эд внимательно слушает меня.
– Расскажешь немного о своей работе? Я сейчас не о тайнах спрашиваю, конечно же. Меня интересует, сколько времени ты проводишь вне дома и вне планеты?
Вопрос удивил мужа.
Но почему, интересно? Разве это не закономерно, что жена интересуется, сколько времени супруг будет отсутствовать? И, конечно же, что главное, присутствовать.
– Вообще, я практически круглосуточно вне дома, - говорит Эд.
И тут уже у меня глаза, уверена, напоминают блюдца.
Это как понимать?! Работа двадцать четыре на семь?!
Вернее, тридцать на семь. Ведь у эрцаев тридцать часов в сутках.
– А когда же ты спишь и отдыхаешь? – спрашиваю, не скрывая своего впечатления.
Хотя, Эд и так меня ощущает. И читает мои эмоции, как открытую книгу.
– У меня кабинет соединён со спальней, - сообщает мужчина, - На сон хватает четырех часов. Хотя, часто могу обходиться без сна и по несколько дней. В зависимости от загруженности.
Ничего себе!
Хочется сказать словами моей бабушки, что от работы кони дохнут.
Но… промолчала.
Эрцаи пока для меня раса с миллионом непонятностей, в которых ещё только предстоит разобраться.
– Сейчас вот я взял целых три выходных, - говорит муж.
– Впервые за сколько лет? – тотчас спрашиваю я.
Эд задумался. Да уж!
– И? – намекаю я на то, что меня все ещё интересует ответ на поставленный вопрос.
– Девять лет и три месяца, - все же, ответил Эддан.
Закрываю глаза. Ну, вполне ожидаемо. Но…
Главнокомандующий явно недоволен этим допросом. И смотрит на меня, словно ожидает скандала.
Собирает отстаивать свою независимость, просто потому, что Эриксон старший муж, хотя сам Эддан и старше, и должность занимает самую высокую?! И тут вопрос работы просто как повод настоять на своем?!
Думай, Ана! Ссора тебе сейчас уж точно не нужна. Мы молодожены, в конце концов.
Но и оставить все это сейчас, и что потом?! Муж вдруг исчезнет и в следующий раз я увижу его через несколько недель, если не месяцев?!
Нет уж! Меня такой брак не устраивает. Но и высказать все прямо, это только усугубить проблему. Эддан явно настроен отстаивать свое, в данный момент, это жизнь на работе.
Тут нужно быть гибче. Умнее.
– Мы теперь семья, - говорю Эддану.
Задумался. Но все ещё закрыт, а это плохо.
Я ступаю на тонкий лёд. И так невовремя!
Но в том то и дело, что этого самого времени у меня может совсем не быть в запасе. Кто его знает?!
– Я хочу быть настоящей женой для тебя, Эд. Хочу не только получать, но и отдавать. А как это возможно, если ты будешь отсутствовать все время? – спрашиваю я супруга.
Я говорю искренне, он это чувствует.
Потому начинает оттаивать.
Да уж. Муж- трудоголик, это та ещё проблема.
Тут так сразу и не решишь. Но начало положено, уже хорошо.
А теперь можно перевести тему на что-то интересное. Отвлечь. Пока, временно.
Я ещё вернусь к этому вопросу.
Вот только… главнокомандующий принес столько вкусностей, что после ужина я ощутила себя уточкой. У меня даже животик обозначился, хорошенький такой.
И тут муж с желанием активных действий. Даже не дал объяснить, что после сытного обеда, то есть, ужина…
Просто закрыл рот поцелуем…
Мои мысли заскакали, что делать?!
В это время Эддан подхватил меня на руки, перенес в постель. Усадил, помог снять платье и белье. Продолжил с туфельками и чулками.
И… принес ночное платьице на тонких бретелях, облачил меня в это одеяние. Уложил, укрыл.
– Отдыхай! А мне не помешает холодный душ, - сообщил мне мужчина и ушел в ванную комнату.
Вот и думаю теперь. Может, правда, мысли мои читает?!
Так и уснула, не найдя ответ на этот вопрос.
Глава 21
Думала, утром проснусь в одиночестве. Три дня, которые Эддан обещал мне, вчера закончились. Как и отпуск главнокомандующего.
Но я была приятно удивлена. Уже позднее утро, а супруг спит со мной рядом. Вернее, я уснула на его плече, а Эддан не стал меня будить, хотя сам уже не спит.
– Давно бодрствуешь? – спрашиваю своего трудоголика.
Мужчина изучает открытые окна с документами. Несколько одновременно. Вообще, над Эдом, и соответственно надо мной, зависло несколько окон с текстами.