До самого антракта боярышня смотрела спектакль, ни на секунду не отвлекаясь. Даже пальцы, сжимающие мою руку, расслаблялись и сжимались, следуя за переживаниями девушки.

Но вот артисты ушли на перерыв, в зале загорелся свет. Морозова, будто опомнившись, взглянула на наши переплетенные пальцы.

— Прошу прощения, Дмитрий, — мило краснея, произнесла она. — Я так увлеклась…

Я улыбнулся, чуть сжимая ее кисть.

— Не волнуйтесь, я рад, что вам нравится, — заверил девушку, но руку ее все же освободил. — У нас есть немного времени, хотите прогуляться?

Антракт был достаточно большим, чтобы благородные зрители могли собраться в отдельном зале и обсудить не только спектакль, но и какие-нибудь дела. Ну или хотя бы просто покрасоваться друг перед другом.

— Пожалуй, можно, — кивнула боярышня.

— Тогда прошу немного подождать.

Поднявшись, я выглянул за штору. Четверо охранников в броне и с оружием тут же подобрались, готовые исполнить любой мой приказ.

— Петр, Сергей, — позвал я ближайшую пару бойцов. — На вас охрана Виктории Львовны.

— Как прикажешь, княжич, — едва ли не хором отозвались они.

Кивнув, я вернулся на балкон и подал Морозовой руку. С улыбкой позволив себя вести, Виктория вышла вслед за мной и даже глазом не повела, когда за ее спиной встали два моих охранника.

В сопровождении солдат рода Романовых мы спустились в общий зал, где уже наслаждались фуршетом благородные господа и дамы. Мужчины обменивались негромкими репликами, периодически прикладываясь к бокалам, женщины сверкали украшениями и даже, на мой неискушенный взгляд, вели тихую борьбу за титул первой красавицы вечера.

Охраны здесь тоже хватало, но в основном формальной. Гербы на пиджаках мельтешили по всему залу, и от их количества рябило в глазах.

На этом фоне мои бойцы казались космическими десантниками, явившимися на корпоратив транскорпорации. Впрочем, часть великих князей также предпочли охрану в полном боевом облачении.

— Виктория, — склонился я к девушке, — Петр и Сергей обеспечат вашу безопасность. Если вам что-то понадобится, они помогут. Помните, вы под моей защитой.

Морозова вздохнула с облегчением. Несмотря ни на что, выходить в свет для нее все еще было непривычно. А присутствие пары солдат и мои слова придавали ей уверенности в себе.

Я довел Викторию до столика с закусками, и к нам тут же направился Соколов, ведущий под руку Горскую. За спиной великого княжича двигались, как тени, пара телохранителей в классических костюмах.

— Дмитрий Алексеевич, Виктория Львовна, — поочередно поприветствовав нас обоих, заговорил Иван Михайлович, — так рад видеть вас на этом спектакле.

— Это взаимно, великий княжич, — отозвалась Морозова, после чего повернулась к нашей одногруппнице. — Елизавета Петровна, вы прекрасно выглядите.

— Благодарю, Виктория Львовна, вы тоже само очарование, — ответила та и, бросив взгляд на жениха, предложила: — Иван, ты не будешь против, если мы с Викторией оставим вас наедине?

Великий княжич милостиво кивнул, и девушки тут же отошли, давая нам возможность поговорить в окружении охраны. Вслед за Викторией, естественно, прошла пара моих бойцов.

Проводив их внимательным взглядом, Соколов заговорил первым:

— Странно видеть столько оружия в столь мирный вечер, — заявил он. — Не находите, Дмитрий Алексеевич?

Я склонил голову набок.

— О времена, о нравы, Иван Михайлович. Пока что даже в столице нельзя чувствовать себя в безопасности, а потому я предпочту держать своих людей с оружием поближе. Мало ли кто решит проверить мой щит на прочность? — я повернулся к Соколову и продолжил значительно тише: — Я надеюсь, что сегодняшний вечер пройдет спокойно. Не хочу тратить время на разгребание очередных авгиевых конюшен.

Великий княжич Выборгский улыбнулся с самым доброжелательным видом.

— Я никогда не чинил вам никаких препятствий, Дмитрий Алексеевич, — произнес он. — Если вы подозреваете, что я как-то причастен к инциденту с Остаповым, то для меня самого это было неожиданностью.

Я кивнул.

— Я вас услышал. Как вам спектакль?

— О, постановка просто прекрасна, — подхватил новую тему он.

Мы еще пару минут переговорили ни о чем, и великий княжич Выборгский отошел. Горская, заметив, что мы закончили обмениваться любезностями, направилась к жениху, а Виктория подошла ко мне с едва заметной тревогой на лице.