Когда Горский встречался с Максом, ему уже обо всём было известно… А ведь и правда. Алексей Викторович ходил в её комнату, чтобы забрать Грэя, а Дневничок лежал в нише тумбочки, почти на виду. И тогда, когда Кристину заперли на складе, ежедневник находился в ящике стола, незапертом ящике! Именно в тот день всё и началось, отношение начальника к ней резко изменилось. И он собственной персоной пришёл за какой-то жалкой помощницей офис-менеджеров на склад, а потом и вовсе повысил! Раньше она думала, что это просто совпадение вкупе с невероятным везением, но не теперь.

Как Кристина и хотела, он дал ей возможность извиниться, взял в помощницы, устроил в офисе мини-кухню, чтобы можно было не бегать в кафешку и получать любимый кофе с молоком (вроде бы, мелочь совсем, а говорит о многом), да и всё остальное… Она вспоминала, о чём писала, и осознала, что генеральный за последнее время слишком много делал того, что ей хотелось и нравилось. Совпадение вкусов? Да ладно! Просто он всё знал!!!

— Алексей Викторович, мы можем вечером поговорить? — спросила она, войдя в кабинет Мистера Суровость.

— Да, конечно. Что-то случилось? — во взгляде босса, который тот поднял от бумаг, появилось беспокойство.

— Всё вечером… — пробормотала Кристина и поспешила выйти.

Остаток дня прошёл для неё как в тумане. Она старалась не смотреть на начальника и с нетерпением ожидала окончания рабочего дня.

— Я так понимаю, разговор будет серьёзным, поэтому, думаю, нам лучше поехать в какое-нибудь тихое и уютное место, — Горский завёл мотор и резче, чем обычно, тронулся с места.

Да, он чувствует, что что-то происходит, но, наверное, даже не догадывается, о чём пойдёт речь. Кристина была рада, что они едут не домой. Подобные разговоры удобнее проводить на нейтральной территории.

Начальник привёл её в один из ресторанов, где были отдельные кабинеты. Лучше не придумаешь для серьёзной беседы. Отослав официанта, он выжидательно посмотрел на помощницу, мол, «Начинайте!»

Ага, легко сказать! От одного его взгляда хочется под столик залезть. Наконец Кристина решилась начать разговор, после которого её жизнь наверняка очень резко изменится.

— Алексей Викторович, вы как-то спрашивали, насколько хорошо я знаю господина Державина, — она смотрела на шефа не отрываясь, следя за его реакцией. — Настолько, что он шантажом позвал меня замуж. А мой отец у него на крючке и по уши в долгах… Вы ничего об этом не знаете?

Начальник слегка сощурился, но промолчал.

— Хотя нет, вы совсем не удивлены, правда? У меня в Дневничке об этом прочитали? — выбросила Кристина козырь на стол.

— Попался… — пробормотал Горский.

Глава 40

— Зачем?

Кристина просто обязана узнать! Она застала его врасплох, поэтому у босса нет времени придумать какую-нибудь правдоподобную ложь. Именно сейчас есть шанс услышать правду. Если, конечно, у него не припасена какая-то отговорка на такой случай.

— Всё это время… вы были серьёзны? — продолжала напирать Кристина. — Или же это новый изощрённый метод поиздеваться и отомстить за то, что тогда вас облила и не извинилась? Я ведь помню, что вы две недели на меня волком смотрели, а потом вдруг р-раз — и всё изменилось. Дневничок, значит, мой нашли? Стали воплощать желания, помогли отцу с долгами, вмешались в конфликт с Державиным… Вы ведь тогда возле аниме-магазина тоже не случайно оказались: я в Дневничке писала, что поеду туда за дакимакурой, — припомнила она. — Решили поиграть в сказку и изобразить принца на белом спорткаре?! Я сейчас должна вам в ноги кланяться и руки целовать, иначе буду выглядеть неблагодарной стервой?

— Кристина, всё не так! — генеральный глянул на неё с возмущением. — Сначала это была случайность (я просто искал записи по работе и увидел ваш ежедневник), потом любопытство. И, разумеется, обида. Вы оскорбили меня своими вольными высказываниями. И вижу по вашим глазам, что прекрасно это осознаёте, — точно подметил он. — К сожалению для меня, ваше возмущение было искренним и вполне заслуженным. Я как бы посмотрел на себя вашими глазами и, честно говоря, увидел не очень привлекательный образ. Ваши впечатления обо мне были ошибочными. Я… — босс сделал неопределённый жест, — я совсем не такой, поэтому захотел показать вам и доказать, что насчёт меня вы ошиблись. И, конечно, мне хотелось узнать получше вас саму. Постепенно я оценил вас как личность. Мне импонировали ваше трудолюбие, усердие, ум и честность. Я почувствовал желание что-то для вас сделать, как-то порадовать. А потом и сам не заметил как втянулся… Можете не верить, но в том, что я делал, не было ни малейшего желания над вами поиздеваться или как-то обидеть.

— И что же тогда было? — настаивала Кристина. — Для чего всё это?

Горский запустил пятерню в волосы.

— Кристина Александровна, вы…

— Я?

Мистер Суровость положил руки на стол, словно ища опору, сжал их в замок и взглянул пронзительно, одним этим взглядом будто пронзая насквозь:

— Кристина Соколова, ты мне нравишься… Очень-очень нравишься, понимаешь? Вот что это было! Было и есть.

От его слов и от этого взгляда, который, кажется, проник глубоко внутрь и коснулся души, сердце застучало так, как никогда прежде, а ладошки взмокли. Мурашки маршировали по спине целой толпой, но тоненький голос нашёптывал на ухо, отговаривал, требовал не поддаваться и не терять голову.