— Я знал, что это когда-нибудь случится… — к моему удивлению произносит.

Я ждала чего угодно: криков, нотаций, поучений, но не спокойной реакции.

— Что значит ты знал?! — спрашиваю удивлённо.

Стёпа отпивает колу, не торопясь с ответом. По его глазам вижу, что ему грустно. Моё сердце разрывается. После недолгого молчания он отвечает:

— Я давно понял, что ты влюблена в него. То, как ты смотришь на него, как ведёшь себя в его присутствии, как говоришь о нём. Твои глаза горят. Ты будто вся оживаешь рядом с ним. Всё это я никогда не видел по отношению к себе, — произносит безэмоционально.

— Но… — хочу начать оправдываться.

— Не утруждай себя вежливыми фразами. Я уже пережил это. Почти. Я потерял тебя очень давно, хотя теперь мне кажется, что я и не обладал тобой в полной мере… Но я рад быть твоим другом и если ты счастлива с ним, то я не могу этому противиться, — перебивает Стёпа, смотря в глаза.

Сглатываю. Глаза начинает щипать. Стёпа даже сейчас самый идеальный из людей. Мудрый, верный и любящий…

У меня нет слов, поэтому я молча обнимаю Стёпу. Мне было очень важно знать, что он всё равно останется моим другом, не смотря на мой выбор.

— Знаешь, что я понял? — спрашивает он серьёзно.

— Что же?

— Если кого-то любишь, то готов простить всё. Даже самый мерзкий поступок. А если не любишь, то будь ты хоть ангелом во плоти, то ты всё равно не нужен.

— Это кто у нас тут ангел, не ты ли? — спрашиваю, хлюпая носом.

— Да это я так, просто мысли, — отвечает Стёпа с натянутой улыбкой.

Как и обещал, Кирилл заезжает за мной после работы. При виде его сердце начинает радостно щебетать. Он выходит из машины с большим букетом пионов. Сразу же вспоминается, как он принёс их во время моего заточения… Ещё бы пару дней назад у меня, возможно, испортилось настроение, но сегодняшняя я приняла себя и своё прошлое. К тому это мои любимые цветы. Были и будут. Прошлое в прошлом.

Кирилл заключает меня в объятия и долго не выпускает, нашёптывая на ухо, как скучал по мне. Я не могу удержать улыбку, чувствуя всепоглощающее счастье.

Мы садимся в машину и направляемся в мою съёмную квартиру за вещами. Не знаю в какой момент я согласилась на переезд. Кирилл просто поставил перед фактом, а я не знала, как реагировать. Наверное, мы и так потеряли много времени, находясь не вместе. Пора навёрстывать…

— Как отнеслась Марта к моему переезду?

— Ты ещё спрашиваешь? Конечно, она обрадовалась. Теперь ей будет с кем поделиться о своих романах, — смеясь, отвечает Кирилл.

— Романах? Мне кажется Марта не такая вертихвостка. И пора бы мне выучить язык глухонемых. Научишь меня?

— Без проблем.

— А, кстати, откуда ты его знаешь? — спрашиваю, ловя себя на мысли, что мало что знаю о жизни Кирилла.

— У нас в детстве была глухонемая горничная Варя. Мне тогда было лет пять. Не знаю почему, но я постоянно ходил за ней. Наверное, всё дело в том, что она была внешне чем-то похожа на мою мать, а я очень скучал по ней. Мама была занята работой, а потом разводом, а я был предоставлен сам себе.

Я по началу не понимал почему Варя мне не отвечает, а потом мне объяснили, что к чему. Мне стало любопытно, как же такие люди общаются и потихоньку Варя обучила меня языку. Кстати, это была мамина любимая работница, так как никакой глупой болтовни, — последнее предложение говорит усмехнувшись.

— Я ведь ничего о тебе не знаю… — произношу грустно. Мне хочется знать всё. Каждую мелочь.

— Не думай об этом, малышка. У нас теперь много времени, — Кирилл целует мою руку. — Ещё успею тебе надоесть своими рассказами.

— Никогда, — отвечаю, поцеловав его в щёку.

Спустя пару минут, переварив информацию, я удивлённо спрашиваю:

— У вас была горничная?!

— Да, я мажор! — смеясь, отвечает он. — Мама всегда искала богатых мужей, чтобы не остаться с носом после развода. Прошаренная дама.

— Похоже на то! А куда потом делась Варя?

— После того, как мама развелась во второй раз, мы переехали в другой дом и Варю я больше не видел.

— Ты поэтому так прикипел к Марте?

— Думаю да… — немного смутившись, отвечает Кирилл. — Вот и приехали! Пошли паковать вещички!

Меня так трогает эта история. Я представляю маленького Кирилла, скучающего по маме, и сердце сжимается.

Мы поднимаемся ко мне и принимаемся за дело. На удивление мы очень быстро упаковываем все мои вещи, которых оказывается не очень-то и много. Все мои скромные пожитки убираются в два чемодана.

— Ремонт ты сделала хороший, у тебя отличный вкус! — говорит Кирилл, осматривая комнату.

— Спасибо. Главное, что здесь есть окна, — отвечаю я, усмехнувшись.

— Это всё в прошлом, малышка, — с этими словами он подходит и крепко обнимает меня.