Набираю Геле сообщение.

«Прости, Карамелька! Приеду на завтрак. В шесть утра у твоего подъезда буду. Обещаю.»

Затягиваюсь сигаретой, горький дым глотаю, кулаки сжимаю. Не соскочи только… Только поверь. Доверься. Шанс нам дай.

Через долгих семь минут сообщение приходит.

«Все в порядке… Я всего- то лишь пол дня потратила на выбор белья, договорилась с беременной токсикозной подругой дочку с ночевкой к ним пристроить и бабушку выпроводила в гости к подруге. Ах да… И еще ужин приготовила. Но… Пустяки все это. Помиримся как-нибудь в другой раз!»

Через минуту в догонку приходит второе.

«Ах, да… Не поверите, Андрей Александрович, но в шесть утра я еще сплю»

Я сажусь в машину громко хлопнув дверью. Что это? Закон подлости.

Набираю Свету.

— Список высылай. Сейчас все куплю и привезу.

Скидываю звонок и впервые злюсь на сестру.

Просто за то, что она не вовремя мне позвонила…

Просто за то, что обломала все на хер…

Просто за то, что она в последнее время мне только хреновые новости сообщает…

Где-то внутри жжет от обиды.

Моя Карамелька вновь на меня злится.

И почему у нас с ней все так сложно?

Набираю Женьку.

— О! Здарова! — Смеется в трубку приятель. — Че презики забыл купить? Привезти?

— Нет! — Отрезаю я. Устало смотрю в окно. Я не видел ее целый месяц, а сегодня был в двух шагах от своей маленькой Карамельки…Возможно она уже своими мелкими ручками пытается сжечь все мосты и снова начнет от меня бегать.

— Просто…

Блядь! Выдыхаю и опираюсь лбом на холодное стекло.

— Можешь смело говорить Ангелине, что я без нее плачу…

Глава 5

Ангелина

— Дура! Ду-ра! — тяну по буквам и оседаю с телефоном в руках перед зеркалом. Содрогаюсь от слез. Обидно до тошноты… Что у него происходит, раз он ставит на кон нас? А может я все придумала и не так-то сильно он хотел ехать ко мне? Отмечаю, что на зеркале пятна от шоколада. Лениво встаю и плетусь в ванную за стеклоочистителем и салфеткой. Распустила я что-то Янку. Надо заняться ее дисциплиной, иначе скоро свеженький ремонт начнет пестрить карандашами, шоколадом и прочими пятнами…

И вот я в красивом, дорогом белье оттираю свое отражение в прихожей. Слезы бы еще стереть…

Думаю, что производители белья поседели бы от такого кощунства.

Мне звонит Марина.

— Ало! — Держу слезы, но обида колотит грудную клетку, подговаривая ее сорвать мне голос.

— Ангелок… Ты как мой ребенок?

Это против правил и она это знает! Ей не разрешается звонить мне в минуты слабости. Потому, что за этот месяц эта дурында моей жилеткой стала, в которую я не стесняясь плачу.

— О-он не прие-ехал… — Всхлипываю.

— Так! Детям мы вредить не будем! Дышим легкими и маткой! И, Геля… Мозги не отключаем. Я уверенна, всему есть объяснения. Если тебе все еще интересно — отчитывается — Яна поела пюре с куриной котлетой и брокколи. Сейчас они с Викулей купаются и через пятнадцать минут Женька их укладывать будет. Я, купила мороженное и выезжаю к тебе. Загружай наших любимых «Содержанок». Думаю парочку серий мы точно осилим сегодня. Завтра я к одиннадцати поеду. Отпросилась у шефа. Так что я сегодня с тобой, детка! Приставать не буду. Обещаю. — Смеется.

Я зажимаю ладошкой рот и закусываю губу.

Я всю жизнь ждала такую поддержку.

И почему именно она?

Эта женщина спала с моим мужем и долгое время была его официальной девушкой, но за какой-то месяц все так переменилось, что страшно назад оглядываться.

Мы редко с ней об Андрее разговариваем, о его характере, но сегодня… Я хочу знать о нем все!

— Он обычный мужик, Геля! С руками, ногами и головой.

Марина ставит в сторону свою порцию мороженного и отпивает томатный сок. Прет ее, конечно…

— Чем он тебя зацепил? — Лениво интересуюсь, как будто между прочим. У самой сердце колотится. Подбираюсь. Губу закусываю. Переживаю, вдруг заденет то, что услышу.

— This is a masochist. — Произносит Марина и указывает на меня.

— Отстань! Хочу узнать… Просто… Мне его так не хватает…

Слезы снова стекают по щекам.

— Ангелина! Я сворачиваю этот разговор. Что ты услышать хочешь? Признавался ли он мне в любви? Нет! Никогда! Планировали ли мы семьей стать? Нет! Никогда!