Вроде бы еще шире улыбнуться невозможно, но ей это удалось.

– Нет, не передумала. Деньги мне не нужны, а вот узнать, почему вы обрядились конюхом и поселились в конюшне Клейтона очень хочется.

– Проклятье! Разве нет такой суммы, которая могла бы вас убедить?

Она натянуто усмехнулась.

– Нет, купить меня вы не сможете, герцог Уортингтон, – твердо заявила Джулиана.

Рис выругался себе под нос.

– Ладно, я расскажу, но вы должны пообещать – нет, поклясться, – что никто из гостей, включая ваших мать и сестру, ничего не узнает.

– Обещаю, – с улыбкой сказала Джулиана.

Конечно, не особо он ей доверял, но выбора не было.

– Дело в том, что я заключил с друзьями пари.

Ее брови взлетели вверх.

– Вот как? – Она покачала головой. – Могла бы и сама догадаться.

– Но денег требовать уже слишком поздно. – Взгляд его сочился сарказмом.

Джулиана закатила глаза.

– И с кем вы заключили пари?

– С Клейтоном, Кендаллом и Беллом.

– С Кендаллом, вот как? – уголки ее губ чуть дрогнули в намеке на усмешку.

Рис почесал затылок.

– Вообще идея ему как раз и принадлежала.

Глаза Джулианы заблестели.

– Так вот почему он вчера вечером расхаживал вокруг обеденного стола в ливрее лакея?

– Вы что, его видели?

– Конечно, видела, я же не слепая, но хотелось бы знать, что вы задумали.

Рис покачал головой и внимательно посмотрел на нее, пытаясь понять, не лжет ли она.

– Вы что-нибудь сказали ему?

Джулиана скрестила на груди руки.

– Разумеется, нет. Мне не интересно узнать, почему вы двое решили прикинуться слугами.

– Не двое, трое, – поправил ее Рис, решив ей все рассказать: она и так много знает.

– Беллингем тоже? – Она выгнула бровь.

– Да. Он приставлен камердинером к лорду Копперпоту.

– Ах вот как? Ну что ж, замечательно! И что же вы задумали?

Рис откинул волосы назад.

– Если уж вам так нужно знать, мы все поставили изрядную сумму на то, что сможем сойти за слуг в течение всего этого загородного приема.

– Две недели? – выдохнула Джулиана. – Великая цель, ничего не скажешь.

– Возможно.

– Имеется в виду, чтобы вас не узнали? – уточнила она.

Он кивнул.

– Да, это часть пари.

– А что еще? – прищурившись, спросила Джулиана.

– Мы должны быть настолько убедительны, чтобы гости ничего даже не заподозрили.

Она плотно сжала губы.

– Но вы же еще не проиграли, несмотря на то что рассказали мне?

– Верно. Мы предполагали, что можем здесь встретить знакомых, которым нам придется признаться.

Она определенно пришла в восторг.

– Значит, я первая?

– Насколько мне известно. И надеюсь, последняя, – почти прорычал Рис.

– Ой, да бросьте вы! Неужели действительно думаете, будто сможете сойти за слуг и вас никто не узнает?

Он не ответил, и она, немного помолчав, сказала:

– Кажется, я догадалась: эта безумная идея пришла вам в голову во время пьянки.

Недовольное выражение его лица сказало, что она права, и Джулиана рассмеялась.

– Я не ошиблась, верно? Вы напились и придумали эту эскападу. Но как вам удалось убедить Клейтона и его жену?

Рис ущипнул себя за переносицу. О господи! Как он умудрился оказаться в таком положении?

– Клейтон был с нами. А как он уговорил Теодору, я остаюсь в блаженном неведении.

– И вы все в этом участвуете? – спросила она.

– Ну, кроме Клейтона, конечно: он же хозяин.

Джулиана покачала головой.

– Как вы только могли подумать, что все получится? Кендалл стоял посреди столовой у всех на виду!

Рис склонил голову набок.

– Кто-нибудь еще его узнал?

– Я не заметила, хотя то и дело смотрела по сторонам.

– Именно так Беллингем и сказал: на прислугу редко обращают внимание.

Джулиана некоторое время молча обдумывала его слова, наконец призналась:

– Я заметила вас сразу же.

Ему показалось, или ее голос дрогнул?

– Я просто очень приметный, – без тени раскаяния ухмыльнулся Рис.

– А еще по-прежнему очень самонадеянный.

– Я бы предпочел слово «самоуверенный». И говорю это совершенно серьезно. Клейтон потому и засунул меня в конюшню, чтобы поменьше бросался в глаза.