Я оглянулась на Ли.

— Ты должен пообещать, что будешь молчать.

— Нет! — завопил Рози, поднимаясь на ноги.

— Я ничего не должен, — ответил Ли.

Я еще раз взглянула на них обоих.

С Ли будет трудно, он имел право знать, зачем мы влезли в его владения без разрешения.

С Рози тоже придется нелегко, но с Рози всегда так.

Все, о чем я могла думать, как сильно мне нужны джинсы.

— Ты можешь ему доверять, — сказала я Рози.

Рози пристально смотрел на Ли. В этот момент Рози определенно находился далеко не в лучшем настроении. Сегодня вечером в Рози стреляли, а потом связали, как рождественского гуся, а я все проспала.

Однако Рози было о чем беспокоиться. Рози пора начать принимать правильные решения в том, кому доверять.

Рози принял решение, которое, как я надеялась, приблизит меня к моим Levi’s.

— Он должен пообещать, что никому ничего не скажет. Завтра все это закончится, — объявил Рози.

Ли не разжал скрещенных рук. Ли все еще не светился от счастья. Это было видно невооруженным глазом, все в нем кричало об этом.

— Могу я поговорить с тобой минутку? — спросила я, поманив Ли к себе, и он последовал за мной в холл.

Сначала о главном. Поскольку ситуация все еще выглядела нестабильной, и тратить время на то, чтобы одеться, оставив Ли и Рози наедине, мне казалось не разумным вариантом, я попробовала другую тактику в надежде прикрыть свои ягодицы.

— У тебя есть халат, который я могла бы позаимствовать?

— Нет.

— «Нет» — у тебя нет халата, или «нет» — я не могу его позаимствовать?

Ли уставился на меня, а затем сказал:

— Инди, начинай говорить.

По всей видимости, его терпению приходил конец. Пришлось оставить ягодицы обнаженными. Я сказала себе, что это Ли, он видел меня в бикини на заднем дворе своего дома (и моего дома, и на семейном отдыхе в Мексике, и в Сан-Диего). Сейчас на мне одежды гораздо больше, чем, будь я в бикини.

Я переживу.

— Ладно, дело в том, что у Рози есть небольшой побочный бизнес. Некто заплатил ему кое-чем, и это кое-что, в некотором роде, ценно, то есть, очень ценно. Кроме того, это кое-что, как бы украдено у кого-то другого, и этот кто-то хочет это кое-что вернуть. Рози отдал это кое-что Дюку на хранение, и у Рози его нет. Дюк уехал на несколько дней, вернется завтра утром. Так что, пока он не сможет забрать это кое-что у Дюка, мы должны залечь на дно.

— Почему в этой ситуации звучит «мы»?

— Ну, я, вроде как, была с Рози, когда за этим кое-чем пришли.

— И?

— И, как я уже сказала, у него его не было.

— И?

— И я перекинулась с визитерами парой слов, в… э-э…… защиту Рози.

Легкое промедление в сочетании с прищуром глаз, говорившим, что Ли в бешенстве, а затем:

— И?

— И тогда они начали в нас стрелять, мы унесли оттуда ноги и позвонили Элли.

Ни единого слова, лишь на щеке Ли дернулся мускул.

Я не восприняла это как хороший знак.

Наверное, он не так уж обрадовался, что я втянула его сестру в эту заварушку.

Вероятно, он в равной степени не обрадовался и тому, что я втянула в эту заварушку и его.

— За чем они приходили? — спросил Ли.

— Я не могу сказать.

— Не скажешь, я выкину его вон.

Я покачала головой.

— Он довольно непреклонен в том, чтобы никто не знал.

— Я лично выведу его из здания.

Я оглянулась на гостиную. Рози выглядывал из-за угла, подслушивая.

Я испустила еще один тяжелый вздох.

— Вероятно, нам стоит уйти и снять номер в отеле.

Рози выглядел довольным этим предложением.

Нам оставалось подождать всего несколько часов. Денвер — большой город. Чтобы найти нас, потребуется больше, чем несколько часов.

— Я не говорил, что отпущу тебя, я сказал, что выставлю его.

Это заявление заставило меня вздрогнуть, и я повернулась к Ли.

— Что?

Ответа не последовало.

— Что ты имеешь в виду? — не унималась я.

По-прежнему никакого ответа.

— Что ты со мной сделаешь? — продолжала настаивать я.

— Расскажешь, в чем дело, ничего.

— А если не расскажу?

— Пока не решил.

— Ли!

Терпение Ли иссякло, он схватил меня за руку, ткнул в Рози пальцем и прошипел:

— Пошевелишься, пожалеешь. — Судя по тону, Рози превратится в статую, пока Ли не вернется.

Затем Ли затащил меня в спальню, щелкнул выключателем и закрыл за нами дверь.

— Ай! Ты делаешь мне больно! — Я высвободила руку.

— Мне следовало бы перекинуть тебя через колено, — огрызнулся он.