– Не беспокойся, старинные вещички здесь тоже есть.

Я удивилась: она будто мои мысли прочитала. Неужели я такая предсказуемая?

– Антикварный дубовый секретер, зеркало в позолоченной раме, фортепиано… Оно, наверное, бонусом здесь в каждую квартиру идет. Только я на нем играть не умею. Ты умеешь?

Я покачала головой.

– Хоть Жору зови, – мрачно пошутила Варя. – Я научилась играть «Собачий вальс», немножко «Лунную сонату» и Shape of My Heart Стинга. Из азов, так сказать. Практически как сосед снизу. Представляю, если мы как-нибудь баттл устроим с Жориком на музыкальных инструментах. Соседи нас, наверное, вместе с двумя роялями из окна выкинут.

Я сдержанно улыбнулась.

Варя, держа на руках Харви, продолжила:

– В квартире оставили старый паркет, кое-что из мебели, люстру, окна и даже печь. Я только трубы поменяла. И мебель свою перевезла из старой квартиры. Тут уж простите, что было.

Я молча слушала ее. Варя так завелась, будто я ее в чем-то обвиняла.

– А самое главное, знаешь что?

– Что?

– Пойдем в мою комнату.

Варя наконец спустила Харви на пол, и пес, стуча когтями по паркету, первым направился в комнату, будто это его пригласили.

Я проследовала за Варей. Комната ее оказалась огромной и такой же светлой. Над окном висел серебристый диско-шар, пускающий по стенам солнечных зайчиков. На столе – куча бумаг, карандашей, выкроек и пара одинаковых фикусов. И одежда. Много одежды – в основном яркой, с блестящими пайетками. Горы шмоток отчетливо выделялись на фоне белых стен и светлой мебели. Одежда лежала на стульях и на кровати, висела на напольных вешалках… Удивительно, но при этом у меня совсем не складывалось впечатление, что в комнате царит страшный бардак. Было чисто, не пыльно и очень уютно. Я так засмотрелась на многочисленные вещи, что даже не сразу заметила главное – то, из-за чего Варя пригласила меня в свою комнату. Отсюда можно было выйти сразу на крышу. Варя быстро распахнула старые створки и забралась с ногами на подоконник.

– Прошу! – прокряхтела она, первой выбираясь наружу. Я немного растерялась. Потом все-таки проследовала за Варей. Залезла на широкий подоконник и вышла следом за новоиспеченной соседкой. Скулящий Харви остался в квартире.

Жестяная крыша была нагрета утренним солнцем. Отсюда открывался вид на шумный суетящийся проспект и блестящие крыши. Внизу гудели машины и спешили прохожие. Варя осматривала город таким завороженным взглядом, будто это она, а не я, здесь впервые. Я, конечно, впечатлилась. В такой атмосфере даже говорить особо не хотелось. Но, видимо, молчание – не в репертуаре Варвары.

– Круто, правда? – быстро спросила она.

– Угу, – пробормотала я.

– Супер! Будем здесь ужины в хорошую погоду устраивать. Вино пить, светские беседы вести… Агния, как тебя здесь не хватало!

Последнюю фразу она произнесла так восторженно, что я удивленно подняла на нее глаза. Мы виделись впервые в жизни, и такое признание казалось мне неуместным. Но это мне – вечно настороженной и ожидающей от всех подвоха. Но Варя выражала свои эмоции вполне искренне. Тогда я не сдержалась и снова улыбнулась.

– Только у тебя не такая шикарная комната, прости, – с сожалением сказала Варя.

– Да ничего страшного, – немного смутилась я.

Ради собственного выхода на крышу я была готова ночевать в коридорчике рядом с Харви. Я, кстати, не заметила специального места для собаки. Скорее всего, пес жил в одной комнате со своей хозяйкой.

– В той комнате места намного меньше. И окна выходят во двор. И, конечно, есть еще один существенный минус, который мне очень мешает жить, – туманно продолжила Варя.

Даже интересно стало, что это за минус такой. Надеюсь, не крысы, клопы или тараканы…

– Любопытно, – откликнулась я вполне искренне.

– Тогда пойдем! – Варя, придерживая край сарафана, первой полезла обратно в комнату. – Покажу тебе твои апартаменты.

Моя новая комната оказалась такой же светлой, как и остальная квартира, только узкой. Очень узкой. Никогда не видела таких странных комнат. В углу – уцелевшая печь. Как сообщила Варя, вполне рабочая. Но использовать ее для обогрева я не собиралась. Печь здесь являлась атрибутом прошлого, необычным декоративным элементом… Конечно, с ней в комнате было намного атмосферней. Помимо печи в комнате был узкий диванчик, рядом небольшой платяной шкаф и крошечный столик для ноутбука. Я обернулась и растерянно посмотрела на Варю. Та виновато пожала плечами.

– В тесноте, да не в обиде, – сказала она.

– Твоя правда, – отозвалась я.

Мне точно не хотелось возвращаться в квартиру папы и Татьяны, где я постоянно чувствовала себя на птичьих правах… Подошла к платяному шкафу и распахнула дверцы. Тут же вспомнила свою комнату в доме отчима и мамы. Там у меня была гардеробная в три раза больше, чем эта комнатка. Варя снова словно прочитала мои мысли и выдала:

– Понятия не имею, куда здесь одежду складывать. У тебя ведь наверняка много вещей?