New Age

Нью-эйдж - это на редкость слащавая музыка, возникшая в начале 80-х под жарким калифорнийским солнцем. Нью-эйдж являлся устрашающе духовной параллелью к синти-попу.

Для идеологии нью-эйджа характерны две вещи - любовь к дикой, но красивой природе и тяга к оккультизму. При этом имеются в виду не злобные колдуны и алхимики, а белобородые индийские учителя, которые проповедуют самопознание, любовь к ближнему, радость на лице и всяческое слияние с космосом.

Если вам довелось слышать звуки, под которые алкоголиков и табакокурильщиков отучают от их дурных пристрастий, то это был как раз нью-эйдж. Под убаюкивающие переливы нью-эйджа человек начинает воспарять душой и ориентироваться на позитивные ценности. Слушать нью-эйдж без неотложной практической надобности - это постыдное занятие, никому не рассказывайте, если вы этим занимаетесь. Нью-эйдж - это Дитер Болен для поклонников популярного буддизма, не стесняющихся любить закаты над морем.

Самая известная - но далеко не единственная - группа, работающая в кошмарном стиле нью-эйдж и постоянно занимающая первые места в нью-эйдж-чар-тах, это, конечно же, Tangerine Dream. В начале 70-х это была довольно безумная команда, но потом - увы...

В нью-эйдже звучит масса "натуральных" звуков - шум ветра и воды, цокот копыт, голоса птиц и животных, а также акустические музыкальные инструменты: флейты с Анд, африканские барабанчики, кельтская арфа, испанская гитара, венский клавесин, китайские гонги и тому подобное. Все эти звуки, как правило, синтетического происхождения, их натуральность - результат применения богатых акустических библиотек японских синтезаторов.

Нью-эйдж - это, пожалуй, единственная возможность для профессионального клавишника средних лет заниматься каким-никаким творчеством и продолжать тянуться за Моцартом.

Industrial

Параллельно со светлым синти-попом в духе Depeche Mode, New Order и Erasure существовала и мрачная струя андеграундной музыки, названная индастриалом.

Надо заметить, что слово "индастриал" обозначает два совершенно разных музыкальных явления. Ранний индастриал конца 70-х ассоциируется с деятельностью Throbbing Gristle. К началу 80-х существовало уже несколько подобных команд: SPK, Zoviet-France, White House. Все они в той или иной степени обращались к теме фашизма и тоталитаризма, безумия и садизма. Их музыка была не очень качественно записанной, зато очень громкой и довольно ритмичной, так, наверное, должны звучать шаманские обряды - заклинания духов или оживление покойника - в индустриальную эпоху.

К середине 80-х злоба рассосалась, шум стал более легким. Практически все ранние индустриальные группы начали приближаться к нью-эйджу и сдвигаться в этно-наркотический транс, как, например, обломки Throbbing Gristle - Psychic TV и Chris and Cosey.

Впрочем, в индастриал-андеграунде 80-х можно было обнаружить самые причудливые звуки, вот пара культовых имен: The Hafler Trio и Nurse With Wound.

Одновременно на сцене появились музыкальные коллективы, делающие танцевальную электронную молотилку с агрессивно-истеричным вокалом. К ним опять применили старое слово "индастриал". Наиболее известные примеры канадская команда Skinny Puppy и американская Ministry. "Диско, пропущенное сквозь ящик, искажающий звук" - известная шутка о Ministry и одновременно прекрасное определение всего жанра танцевального индастриала в целом.

Иногда все это звучит мелодично и звонко, но чаще все-таки ползает неподалеку от шумного металла. Отличить индастриал от металла очень просто: индастриал куда более механистичен (из-за ритм-машины) и тоталитарен. Ему никогда не придет в голову демонстрировать красоты стиля или виртуозность игры на струнном инструменте. Длинные волосы и бабушкины сказки про вурдалаков - тоже, конечно, вещь нетерпимая. У индастриалистов свои сексуально-апокалиптические сказки и игрушки.

ЕВМ

Лет десять-пятнадцать назад в большой моде были изображения мускулистых и высокомерных пролетариев-эстетов, в клубах бутафорского пара крутящих какие-то зубчатые колеса на заброшенных заводах. Все это дело сопровождала монотонная музыка тоталитарного электро-попа. Эстетика залитого потом обнаженного тела и однообразного уханья гигантской стальной машины безошибочно ассоциировалась с высокоидеологическим искусством Третьего рейха. Новые романтики, псевдооперными голосами воспевающие бессмысленный, но прекрасный подвиг героя-одиночки, вяло огрызались, что они, дескать, разоблачают тоталитаризм и способствуют раскрепощению духа.

Для евро-электро-андерграунда было изваяно специальное название Electronic Body Music, ЕВМ. В середине 80-х пионером в этом деле стала бельгийская группа Front 242.

Dancehall

И ямайская музыка, разумеется, шла в ногу с синтезаторным временем. В начале 80-х к власти на Ямайке пришли консерваторы. Религия растафари утратила былую привлекательность. Бывшие растаманы перешли в ислам или стали кришнаитами. В Нью-Йорке в моде был хип-хоп, тостеры с Ямайки там воспринимались в качестве неотесанных деревенщин. В Лондоне, где тусуется много выходцев с Ямайки и их потомков, сложился свой регги-андеграунд. Дредлокс вышли из моды, их безжалостно срезали. Сейчас дредлокс на Ямайке носят лишь для приманки европейских туристок, приехавших за сексом.

С капиталистическим Вавилоном воевать уже никто не собирался. Напротив, новое поколение хотело урвать свой кусок этого самого Вавилона. Тостеры гнали не радостно-религиозные тексты, а выпендривались на злобу дня. Они называли себя словом "раггамафин" (raggamuffin).

В 80-х произошла окончательная электрификация регги. Музыка делалась исключительно при помощи ритм-машины и синтезатора. Результат назвали dance-hall reggae. За ненадобностью искусство даба вымерло. Мелодично-песенную струю в регги продолжил lover's rock - ужасно сладкий "рок для влюбленных".

Параллельно продолжала существовать и речитативная разновидность регги - раггамафин, сокращенно - рагга. Содержание текстов - злобная порнография. Это агрессивная и виртуозная музыка - очень низкими и хрипатыми голосами довольно молодые парни лопочут с невероятной скоростью.

В ритмическом отношении рагга устроена куда богаче, чем рэп, но, к сожалению, куда менее популярна (за пределами Ямайки). Для рэппера важно верещать быстро и плотно. Рагга-тостер к тому же должен постоянно менять окраску звука и интонацию, иногда брать не очень чистые ноты, и даже петь два-три слога внутри плотного речевого потока. Рагга-тостинг постоянно балансирует на грани пения.