— Алим… — оборвал того старший брат.

— Ты это о чем? — спросил, грубо пихнув.

— Мать должна быть со своим ребенком, — вступился Мустафа. 

— Вы об этом только сейчас вспомнили? — задаю вопросы интуитивно. Не верю, что Луна добровольно отказалась от сына.

— Мы хотели договориться по-хорошему. Зря ты переходишь дорогу Ахшару. Мы отойдем в сторону, нет проблем, но ты не прав, — Мустафа вроде и уступил, но пригрозить не забыл. 

— Зря ты их отпускаешь, Ким, — произнес Аслан. — Мы все чисто сделаем. Зато голова у тебя больше никогда не будет болеть.

— Мы уедем. Обещаю, — братья Луны поняли, о чем разговор, и забеспокоились.

— Не вернемся... не приедем больше сюда никогда, — заговорили они одновременно.

— Берете билеты на ближайший рейс, и чтобы я больше вас никогда не видел! Аслан, проводите их.

Оставался еще Ахшар. Чувствовал, что с ее бывшим будет не так просто разобраться. Я не верил, что единственная причина, по которой он ищет Луну, это их сын.

Луна

Особняк Тигиевых находился под охраной, но после ночного приключения осталось чувство тревоги, я постоянно подходила к окну, выглядывала, будто Ахшар мог появиться у ворот.

Глава семейства отправил меня отдыхать. Выделили мне светлую уютную комнату с большой кроватью и отдельной уборной. Спать очень хотелось, но стоило начать дремать, я постоянно подрывалась. Если бы Арсен был рядом, мне кажется, я бы смогла спокойно уснуть. За короткий период времени он сумел сделать невозможное – я постоянно думала о нем, перестала бояться, а самое удивительное – позволяла к себе прикасаться и даже успокаивалась в его объятиях. А ведь еще совсем недавно я была уверена, что такого со мной никогда не произойдет – я не смогу доверять мужчине.

Встала с постели, на часах почти час дня. Со двора доносились чьи-то голоса, один из них точно был детским. Я подошла к окну, на лужайке бегал малыш, а недалеко в кресле сидела женщина и за ним наблюдала. Этого мальчугана я видела на свадьбе Егора и Рады. Сын Миши и Маши был сорвиголова. За ним нужен глаз да глаз. Я сразу вспомнила своего сына. У меня есть записи, где он так же веселится. В детстве у детей столько энергии, они носятся целый день, порой нам кажется, что совсем не устают.

Я улыбалась, наблюдая за мальчиком, но душа у меня нестерпимо болела. Как же хотелось оказаться рядом с Тимуром. Проводить с ним каждый день. Обсуждать, как прошел его день. Готовить то, что он любит, рассказывать на ночь сказки и играть с ним. Мой мальчик далеко…

Думая о сыне, я всегда вспоминала его отца. Вот и сейчас, стоило подумать о том, что Ахшар где-то рядом, у меня все внутри сжалось. Что же задумал этот человек?..

Оставаться в комнате не было смысла, я ведь не пленница. Нужно выйти поздороваться со всеми. Наверняка Маша дома, занимается младшим сыном. Прежде чем отправиться в душ, я позвонила Арсену. Телефон был выключен или находился вне зоны действия сети, об этом мне сообщил голос робота. Появилось легкое беспокойство, но я старалась ему не поддаваться. Вчера у нас тоже не было связи, когда пришлось съехать в лесную полосу.

Приняв душ, я вышла из спальни. Куда идти, не знала, но возмущенный детский голос подсказывал, куда двигаться. Так я оказалась на первом этаже.

— Я не хочу спать! Я что, маленький? Юра пусть спит, а я не буду, — яростно возмущался малыш, спрятавшись за спинку дивана.

— Артем, ты можешь не спать, но должен лечь в кровать и полежать спокойно полчаса, мы ведь договорились, — уговаривала Маша сына.

— В прошлый раз я уснул, — забавно было за ними наблюдать, они меня пока не увидели.

— Это значит, что твой организм устал и принял такое решение. Ты ведь себя хорошо чувствовал после короткого сна?

— Я бы лучше поиграл во что-нибудь, — продолжал малыш упрямиться.

— Подожди, Артем, я правильно поняла, ты собираешься нарушить наш договор? — в вопросе явно был подвох.

— Ничего я не собираюсь нарушать, — сдался малыш. — Но только полчаса… А это кто? — наконец-то меня заметили…

***** *****

День в семьи Тигиевых пролетел незаметно. Я с радостью помогала Маше с малышом. Этой радости меня когда-то лишили…

Арсен сам позвонил, предупредил, что приедет. Его голос мне показался сухим, сдержанным. Я не стала спрашивать, что случилось, у меня появились подозрения, что он обо всем узнал. Осуждает? Наверняка любой бы человек осудил, не понял. Поэтому я и не делилась своими переживаниями ни с кем.

— Батя, ты сегодня рано, — удивился Миша, который и сам сорвался с работы на несколько часов раньше.

— Мне нужно с Луной поговорить, — строгим голосом произнес он, глядя на меня…

Луна