Подействовало. Ситников поубавил апломба. Подобрался, задумался.

– Так что выбирай: или сотрудничество, или до десяти лет с конфискацией, - подстегнул я работу его мозга.

– А если я расскажу твоим коллегам про Зудилину и про то, что ты брал деньги у фарцовщика? – Ситников решил побарахтаться.

– Ну, тогда пойдешь по второму варианту. Тебе накинут еще один эпизод, Зудилина потеряет работу, а меня просто пожурят, - улыбнулся я.

– Вот именно. Твоя подружка лишится статуса адвоката, - напомнил он мне о моем слабом месте.

– Да и отлично. Пусть сидит дома, детей воспитывает. Нефиг со всякими жуликами якшаться, - дал я понять, что такой итог меня вполне устраивает.

Ситников выматерился.

– Своему прокурорскому подельнику расскажешь, что я пришел на встречу, но вместо денег принес заявление того мужика, что дал показания против Зудилиной и теперь у тебя на адвоката ничего нет, - проинструктировал я теперь уже своего агента, убирая написанную им собственноручно расписку во внутренний карман.

– А в действительности это заявление есть? – напрягся инспектор.

Увидев в моих глазах подтверждение, он прошипел:

– Дойников, сука!

– Да ладно, он просто сделал правильный выбор.

Ситников мой вывод не поддержал. Его глаза выражали злость и растерянность.

– Надеюсь, ты понимаешь, что о новом подразделении нужно молчать? В Москве не простят если все сорвется из-за чьего-то длинного языка, - продолжил я давить. – А я уж постараюсь сделать тебя крайним в случае утечки информации. – убедившись, что клиент осознал реальность угрозы, я перешел к теме сотрудничества. – Завтра к двенадцати подъезжай ко мне в Отдел. Как раз суббота будет и нам никто не помешает. Расскажешь о своем начальнике все, что знаешь. Наметим план расследования. И да, захвати с собой бумаги на Зудилину.

– Понял, - глухо отозвался Ситников.

– Сема, сними с товарища наручники, - вылезая из машины, попросил я Мамонтова. – Он сделал правильный выбор.

Оказавшись на улице, я потянулся, разминая суставы. Хорошо поработали, аж сам собой доволен. Теперь можно и по домам.

– Какое по домам? – услышал я Мамонтова. Видимо, последнюю фразу я произнес вслух. – Нам на свадьбу надо ехать.

– Вот черт, - сплюнул я. – Слушай, уже почти девять, - посмотрел я на часы, - может разошлись уже все.

– Ира сказала, что столовая до двенадцати забронирована, - обломал он меня и перенес свое внимание на Болотова, который только что вылез с понятыми из Москвича.
– Игнат Савельевич, вас до дома подкинуть?

– Все нормально. Договорились, - прояснил я следователю ситуацию.

– Товарищи, - развернулся Болотов к понятым, - спасибо за сотрудничество. Все свободны.

К столовой подъехали уже в половине десятого.

– А мы думали вас уже не ждать, - высказала нам свое недовольство Ирочка, которая встретила нас у входа в обеденный зал. Она на нас со вчерашнего дня обижается, с того момента, как Семен сообщил, что машина нам самим понадобится для дела.

– Ну как я мог не прийти на свадьбу к своей любимой соседке по кабинету, - расплылся я в улыбке, наблюдая за тем, как в нашу сторону идет Ксюша в белом длинном платье. – Привет давно не виделись, - я чмокнул ее в подставленную мне щечку.
– Отлично выглядишь! А это маленький презент от нас с Семеном, - я вытащил еще один почтовый конверт из кармана, но в это раз с начинкой в сто рублей.

– Альберт, чего так долго? – надула невеста губки.

– Служба, - виновато вздохнул я.

– Ну пойдем, посажу тебя на самое почетное место - возле себя, - меня взяли под локоть и повели к большому столу, расставленному в зале в форме буквы «П» сквозь топчущиеся под музыку из колонок пары, среди которых я заметил слившихся в танце Курбанова с Журбиной, чему изрядно удивился.

– Кстати, знакомься, это Семен, он теперь работает за твоим столом, - представил я своего нового коллегу.

– Ира мне о нем рассказала, - невеста мазнула по Мамонтову любопытным взглядом. – А вот и мой жених, вернее, уже муж, - сообщила она, когда перед нами возник белобрысый с щеточкой усов парень в черном траурном костюме.

– Виталий, - представился тот, протягивая мне руку.

Перед нами с Семеном поставила заполненные едой тарелки, и мы целеустремленно заработали челюстями. Даже не думал, что так проголодался.

– Горько! – закричал я, поднимая стопку, когда утолил первый голод.

Остальные гости меня радостно поддержали.

– Кажется, здесь, - неуверенно сообщил я, пытаясь понять ничего ли не напутал. Место было незнакомым. В мое время здесь все было застроено многоэтажками.