— Старое военное нутро не дает вам покоя. — Усмехнулся старейшина. — И все же игра с огнем опасна. Итак, мы слушаем тебя странник. Что ты хочешь от нас?

— От вас мне нужен доступ к данным базы.

— Зачем тебе база? — Старейшина с подозрением окинул его взглядом с ног до головы.

— Я ищу любую информацию, что поможет мне вспомнить все, что забыто. Я ищу подобных мне, свою расу. Идет война, необходимы силы, чтобы остановить противника.

— Извини, мил друг. — Вмешался один из стариков, тот, кто что больше молчал. — Но вы не раса. Вы созданы искусственно учеными. В вас есть лишь немного биотканей, остальное это технологии.

— И все-таки. — Старейшина укоризненно глянул на старика. — Зачем тебе эти данные?

— Вы знаете про войну?

— Там постоянно воюют. — Старейшина глянул в небо. — А мы лишь дети тех, кто устал от войны и хочет мира.

— Война рано или поздно придет сюда.

— Тогда мы умрем. — Ответил Старейшина, поглаживая бороду. — Только и всего.

— Не цените жизнь? — Капитан был немного поражен.

— Напротив. Она бесценна, но весь смысл жизни в том, как много добра ты сделал и тогда ты обретешь вечную жизнь.

— Это религия? — Спросил капитан.

— Это наша жизнь. — Улыбнулся человек и посмотрел на окружающих его. — Как закончилась война, великая битва у Сирены 2, где бился шестой флот Содружества против восьмого звена Лакрус, так закончилась для нас война. Пять дней полыхали корабли на орбите и никто не отступал. Здесь никто не выиграл и не проиграл. Большая часть Лакрус вместе с людьми погибли и остатки флотов сгорели в атмосфере. Остатки ваших ушли в одном направлении, верные Содружеству люди ушли в другом, а наши предки, это те, кто были здесь брошены, раненые и никому не нужные, они спустились сюда, отказавшись продолжать воевать. Теперь только вот эти два брата остались с тех страшных пор войны с вами. И каждый день своей добротой к миру мы замаливаем свои грехи.

— Когда ты вошел в деревню у меня сердце замерло от ужаса. — Произнес молчавший старик и его лицо уже не касалась усмешка. Он был весьма серьезен, от давивших на него воспоминаний. — Как долго мы приходили в себя, вскакивали по ночам, стараясь забыть. Мой самый страшный ночной кошмар вернулся, как только я увидел твой черный костюм, появившийся в деревне. Пять дней в истребителе, только в бой, заряжаемся, на наркотиках, чтобы не уснуть и успевать за вашей стремительной реакцией. После бегства основных сил и вашего ухода следом за ними мы спустились сюда и бросили истребители, поклявшись больше не с кем не воевать, жить в мире и согласии. Люди за нами не пришли, видимо посчитав мертвыми или просто забыли о нас. Они пришли только через пятнадцать лет после того, как закончилась битва при Сирене 2. Только они просто притащили свою базу и ушли. И теперь уже двадцать лет эта база летает вокруг планеты.

— 35 лет прошло. — Тихо прошептал капитан, смотря в небо.

Как много ужаса прошло через сердца этих людей и они выжили, но не очерствели.

— И вот пришел ты. — Продолжал старик, погруженный в свои воспоминания и сейчас возвращающийся к реальности. — Но ты не такой как они. Ты так же силен, так же ловок. Но ты добрый. — С этими словами он повернулся к молчавшему старейшине. — И все же решать тебе.

Старейшина взглянул на стариков и перевел взгляд на Лакруса. С секунду посмотрев в его глаза он выдохнул и расслабился.

— Попасть на базу можно только через космопорт.

Капитан взглянул вдаль, на видимый вдалеке холм.

— Я это знаю, но проход не пробиваем.

— База конечно вся заросла деревьями, но я уверен, вход работает. В конце концов вы же делали эту базу. А ключ имеется. Мой отец нашел его и забрал себе. Правда до космопорта два километра, а мне не очень хочется идти пешком. Я и так сегодня хорошо в поле наработался.

— Я люблю пешие прогулки и вполне могу дойти один.

— Ты наш гость и я хочу проводить тебя.

— И у вас есть транспорт?

— Повозки. — Человек улыбнулся. — Хотя ради такого случая у меня есть кое-что получше.

Он прошел мимо капитана и направился к крайнему дому деревни. Капитан шел за ним, окруженный шумными и постоянно смеющимися детьми. Они забегали вперед, смотрели на него и весело смеялись, касаясь его брони и тут же убегая. Сколько же было доброты в этих глазах и Лакрус осознал, что не хочет их гибели. Они слишком чисты для смерти от войны. Пока он размышлял, они тем временем дошли до крайнего дома. Этот домик ничем не отличался от соседних, кроме каменной пристройки, выходившей воротами на дорогу. Хозяин дома открыл эту пристройку, распахнув широкие двери и капитан увидел небольшой грузовик на силовой энергоустановке.

— Эту технику люди оставили здесь, когда притащили станцию. Видимо одна из этих групп бросила здесь этот агрегат. Я случайно нашел его, притащил и починил, пока было межсезонье. Самое интересное, что вчера его подзаряжал, вот как чувствовал. Заряда я думаю хватит, чтобы доехать до космопорта. Садись за руль, а то я не разу не управлял им. Всегда хотел на нем прокатится, но лучше, как пассажир.

Капитан сел на водительское сидение, удивительно удобное и приятное и погладил руль. Грузовичок был без крыши и кузова, по сути это были практически голый каркас с двигателем. Человек запрыгнул рядом, поглаживая обивку сидений и радостно сверкая глазами будто дитя, получившее желанную игрушку.