— Рохелео Кавальо. К вашим услугам, — прямо с лошади склонился подъехавший. Он со свитой из нескольких слуг ждал нас милях в трёх от города, ввиду начинающихся предместий, но на приличном удалении от охраняемых ворот. Завидев нашу кавалькаду, направился прямо к парням-дозорным и попросил «увидеться с его сиятельством, у меня есть для него важная информация». Одет — как очень успешный купец или чиновник, но по дорожному. И без оружия.

— Два кинжала, — сказал Бьёрн, возвращая клинки сеньору. — Всё.

Кинжалы не оружие. Везде по разному считают, но сейчас — определённо нет.

— Тогда оставьте их ему. И нас оставьте.

Телохраны отъехали на метров десять, но смотрели косо, с недоверием — а как, блин, им ещё смотреть, если охраняемый объект один на один с каким-то хмырём? Войско же по моей команде встало и ждало дальнейших указаний.

Ехали в Картагену мы не просто быстро — невероятно быстро. «Чёрной молнией» прозвали отца, но истинные масштабы прозвища помог всем осознать я. Дорогу, на которую туда потратили четырнадцать дней, обратно осилили за десять. Даже с учётом, что четыре дня плелись шагом вместе с герцогиней и её гвардией, всё равно неплохо. И не сказал бы, что кони вымотаны. Просто грамотное распределение сил и появившийся в достаточных масштабах в придорожных торговых точках овёс, помноженный на мой капец как быстро тающий бюджет.

Бюджет — отдельная попаболь. Максимум по результатам рейда я выйду в ноль, но это в самом лучшем случае. Нет-нет, оно того стоит, но всё равно, я спустил на походные траты и приз «Быков Басконии», и выкуп с Магдалены. Только броньки «Псов» и их кони пока ещё греют душу. Но мы ещё и не доехали.

— Рохелео Кавальо… — напряг я память. Что-то вертелось, но вспомнить не мог. Слишком много за последние три месяца было серьёзных разговоров, имён, лиц и впечатлений.

— Коллега Ансельмо, — подсказал сеньор и улыбнулся. Я же хлопнул себя по лбу.

— Точно! Его будущий заместитель по делам внешнеторговой разведки.

— Именно, сеньор! — мужичок аж засиял.

— Судя по тому, что вы встречаете нас ДО города, вы решили принять моё предложение, — предположил я. — Вопрос, почему, и почему сейчас?

Пауза, заминка. Игра противоречий на лице гостя.

— Граф, у меня для вас важная информация, и я отвечу на все вопросы. Но молю, вначале выслушайте. До конца выслушайте, не делайте скоропалительных выводов.

Я поднял руку, обращая внимание военачальников.

— Йорик, войску отдых — час! Привал!

— Ввиду города, вашсиятельство? — не понял смысла приказа и на всякий подъехал уточнить будущий ярл. — Когда таверны в двух шагах?

— Есть стратегические вопросы, Йорик. Мы на территории врага. Не мешай.

— Но мы же… Вы же с сеньором Бернардо герцогу…

— Йорик, сгинь! — прикрикнул я, и ярл, склонившись, ушёл отдавать приказы о стоянке.

Спешились. Я снял одну из сёдельных сумок, прошёл на луг справа от дороги и кинул её на траву. Присел, отдыхая от седла. Кавальо же, хоть и скривился — не по статусу, но ввиду отсутствия сумки сел рядом прямо на землю, благо она была горячая — лето же, июнь.

— Ваше сиятельство, я начну издалека, — нахмурился он, настраиваясь на рабочий лад. — И в своих оценках буду очень нелестен, буду высказываться о вашем брате, герцоге Картагенском, недостойно. Но истина на данный момент превыше всего, так как от её знания могут зависеть ваша жизнь и жизни ваших бойцов.

Эк, завернул! Теперь не придерёшься — «не дашь разрешение ругать матом герцога — сохнешь», сильный аргумент. И не напрасный заворот в такие дебри, он — купец, мы — владетели, причём высшая лига, губеры провинций. Неможно при нас поносить других губеров! Другим губерам — можно, мы равные. Вассалам герцога — можно, это их внутренняя кухня, пусть сами разбираются. Рыцарям, служащим герцогу — с натягом можно. За какие-то вещи, объективные. Но уже не за все его косяки. Этикет иху мать! А подлому сословию рылом в булочный ряд лезть не пристало.

— Говори как есть, Рохелео. И время дорого, говори прямо, как есть, без вычурности и витиеватости. А то дам в морду. Я могу. — Показал кулак.

Купец глядя на него же, поверил. Слегка взбледнул. Но намёк понял.

— В общем, вашсиятельство, герцог, как ни прискорбно, непроходимо туп, — начал он с козырей. — На самом деле в этом нет ничего сверхъестественного, что могло родиться у герцогов, семья которых уже три поколения выбирает герцогиню из собственных кузин? Слава богу его матушка одарена более других, и сыну в жёны навязала не просто не родственницу, а дочь маленького, но лихого барона из дальнего приграничья. Чтоб совсем-совсем никаких связей у них с её родом не было, и триста, и пятьсот лет назад.

Я про себя поёжился. Тут не знают про генетику, но про вырождение — в курсе. А ещё, надо иметь в виду, тут вся высшая элита королевства друг другу какие-то да родственники. Все давно перетрахались друг с другом не по одной сотне раз. С одной стороны, это повышает вероятность крутой одарённости у потомков, но с другой и вероятность, что потомок будет имбецилом тоже велика. А я на Сертории хочу жениться, хотя мой род полтыщи лет назад пошёл от них же… Ладно, потом подумаю. Пока слушаю.

— Дочь этого барона и есть твоя покровительница, текущая герцогиня? — констатировал я очевидное.