— Сеньоры, хочу спросить у вас, — продолжил я. — Как вы оцениваете Ингрид дочь Сигурда? Достойная ли она дочь воинов? Способна ли принимать суровые, но нужные решения?

Массовка заохала, недоумённо друг с другом переглядываясь, но мои в зале никак на это не отреагировали. Как и бароны, причём все — уже кандидатуру про меж себя обсудили. А вот Ингрид дочь Сигурда, наоборот, «зависла», раскрыв рот от изумления.

— Рикардо, позволь я, — вышел вперёд Вольдемар. — Я, сотник графской гвардейской стражи, Вольдемар Тихая Смерть свидетельствую, что Ингрид дочь Сигурда во время осады графского дома в Магдалене проявила храбрость и отвагу, лично участвуя в обороне в составе группы стрелков. Она возглавила один из стрелковых отрядов на Западной башенке и мужественно отражала удары бунтовщиков. В том бою погибло несколько воинов этого отряда, включая её напарницу — там действительно было жарко. Я свидетельствую, Ингрид достойная дочь воинов.

— Однако, Рикардо, — вперёд сделал шаг Ковильяна. — Я, барон Рикардо Ковильяна свидетельствую. Несмотря на то, что Ингрид дочь Сигурда проявила себя как храбрый воин и командир отряда лучников, мы ничего не знаем о её способностях управлять большими массами людей, а также о её способностях вести хозяйство. При том, что присоединяюсь к твоим словам и словам Доминика о важности этих земель для безопасности графства.

— Принимаю, — кивнул я им. — Сеньоры, вы что скажете? — Это к оставшимся Мериде и Ворону.

— Полностью присоединяюсь ко всему сказанному. — Это Хлодвиг.

— Как и я. — А это Веласко.

— Хорошо. Тогда вот вам моё решение. Ингрид дочь Сигурда. — Я встал и вытащил из ножен меч. — Согласна ли ты принять баронство Аранда, наладить в нём хозяйство и поддерживать, обеспечивая безопасность графства и все обязательства по несению военной службы на фронтирах королевства?

— Я… — Но… — Эльфийка чуть ли не силой вывела сеньориту на центр пятачка перед местом судилища. Что-то ей прошептала на ухо, судя по злому лицу — выволочка. Подействовало, лицо Ингрид разгладилось. Взгляд на Алькатраса и Ковильяну, в ответ последний ей подтверждающее кивнул: «Не ломайся, согласовано». Девушка ещё больше повеселела и опустилась на колено.

— Сеньор граф, я готова принять во владение баронство Аранда и называться Ингрид Аранда, выполнять все полагающиеся обязательства и отвечать головой за вверенную территорию.

— Тогда я, сто семнадцатый граф Рикардо Пуэбло, произведу тебя в бароны. Однако, — оговорка для всех, особенно баронов, — ввиду того, что мы, действительно, не знаем твоих хозяйственных способностей, даю тебе год в качестве переходного периода чтобы продемонстрировать их и доказать право называться баронессой. Если в течение года ты покажешь, что можешь справиться с соей ношей — сие звание перейдёт тебе, твоей семье и твоим детям, тебя же признаю открытой наследницей.

— Воистину, мудрое решение, — В её голоске прорезался пафос. Паршивка.

— Падре… — окинул я взгляд.

— Церковь видит, сын мой. И свидетельствует. — Священник склонил голову. Он остался доволен, что юное кровожадное чудовище не устроило тут показательную резню, и сейчас поддержит всё, что скажу.

Я поднял меч и положил Ингрид на правое плечо.

— Сеньоры, всех приветствую, — произнёс я, когда телохраны вытолкали (это образно) из зала всех, кроме бывших воинов этих земель. В зале остались Алькатрас и Мерида — просто послушать, что буду говорить. Встали вдали, не мешая, за что им спасибо. Ингрид — естественно. Посадил её во главе стола. Стол парни поставили на середину залы, на положенное место, и пока убрали жрачку на другие столы — у нас рабочее совещание, а не пир. Пир будет сразу после. Ну и падре подвязался с баронами послушать.

Сам я сел по правую руку от хлопающей глазами Ингрид. Напротив сел Йорик, остальные воины расселись за столом и встали вокруг, кому не хватило места. Также рядом со мной, не допуская нападения со спины, стояли парни Сигизмунда. Но я чувствовал и понимал, нападения и попыток убить не будет. Хотя, если бы повесил рядом с бароном и парочку его верных воинов, кто заслужил такое, спать мне вполглаза и всегда оглядываться, и не только в Аранде.

— Сеньоры, у вас вассальная клятва барону Аранде, — продолжил, внимательно вглядываясь в лица воинов, я. Видел в них недоумение. Растерянность. Непонимание, чего ждать. Но чего в них не увидел, так это страха за будущее. Они понимали, что «накосячили», но их не бросят, не турнут, они будут нужны и новой баронессе. А значит, были спокойны, как танки. — Однако барон теперь другой. Баронесса. И я обнуляю, отменяю вашу клятву прежнему барону за отсутствием у него собственно баронского статуса.

Пауза, догнать. Это очевидно, но непривычно.

— Что же касается присяги новой баронессе — то тут у меня такие мысли. Вы, конечно, не члены семьи казнённого, и не несёте такой ответственности за его поступки, как его сын. Но вы, многие из вас, так же замазаны в дерьме с разбойниками. — Несколько воинов при этих словах скривилось, скрежеща зубами, кто-то посмотрел в пол и в столешницу, кто-то отвернулся. — Я готов простить вас, если докажете, что сами достойны прощения.

Сказав это, выжидательно откинулся в кресле, ожидая реакции.

— Мы будем ударной силой при нападении на Тахо. Да? — в лоб спросил Йорик.

Я понимающе улыбнулся.

— Да. Но не только. Сразу после этого вы идёте со мной дальше, в сторону Феррейроса. Там намечается маленькая войнушка, и мне понадобятся все возможные силы. Но, оговорюсь сразу, ваша сотня участвует в дележе на равных, никаких штрафных санкций! Что было — то было, это не наказание, а… Способ на вас посмотреть в деле.

Вздохи облегчения с разных сторон. Граф достаточно мудр, чтобы не гнобить братву из-за детских принципов. Хороший знак.