— Это мое дело.

Юхдак понимающе кивнул:

— Неважно. И к делу не относится. Хозяин, которому ты служишь сегодня, необязательно тот хозяин, которому ты будешь служить завтра. — Арканит приглашающе взмахнул рукой. Подумай об этом, Ахазиан Кел. Ты воин без военачальника. Этим военачальником может стать Архаон, и войны, которые ты будешь вести во имя его, будут поистине блистательными. Особенно если в твоих руках будет что-нибудь из Восьми.

— А кто ты такой, чтобы делать подобные предложения? Ты что, его правая рука, плут?

— Я не плут, Кел. Я паломник шанса, ученик судьбы. Я не ищу способа прогнуть или изменить то, что есть. И не делаю предложений — просто выдвигаю возможности. Мудрый человек должен помнить обо всех вариантах, чтобы они не застали его врасплох.

— А храбрый человек не нуждается в мудрости, ибо отвага — клинок поострее всех прочих. — Ахазиан выпрямился в седле. — Чем вызвано твое предложение?

— Ты не доверяешь.

— Тебе? — Ахазиан рассмеялся. — Определенно.

Юхдак тоже хмыкнул:

— Разумно. — Он продемонстрировал свои почерневшие доспехи и порванные одежды. — Мой путь был… труден. Мне не под силу справиться с подобными препятствиями в одиночку. Так что мне требуется помощь, чтобы завершить поиски, порученные мне Архаоном.

— Если Архаон желает заполучить эти клинки, пусть договаривается с Кровавым Богом. — Ахазиан улыбнулся. — Или со мной.

Он огляделся, заметив высоко над головой парящие темные силуэты. Вороны. Следят. Кружат. «Выходит, правила игры вновь меняются», — подумал он. Что ж, да будет так.

— Ну, чем скорее найдется оружие, тем скорее начнутся такие переговоры, — сказал Юхдак, поднял руку и коснулся трещины на шлеме. — А чем быстрее, тем лучше в идеале. Я предлагаю помощь, дитя Кхорна. Ты примешь ее?

Ахазиан размышлял о существе перед ним — и о превратностях судьбы.

— Сдается мне, — проговорил он, — в помощи тут нуждаюсь не я, а ты. Иначе ты не явился бы ко мне. — Он подался вперед, навалившись на луку седла. — Это не так уж и непривычно, ведь за много лет многие просили моей помощи. И я скажу тебе то же, что говорил им: предлагай справедливую цену, и моя рука — твоя.

Долгие секунды Юхдак молчал.

— Архаон… — начал он.

— Его тут нет, арканит. Тебе нужна моя помощь? Тогда что ты можешь мне предложить? Помощь в достижении моей цели?

— Цель у нас одна.

Ахазиан покачал головой.

— Я не сказал, какая цель. — Рассмеявшись, он выпрямился. — Я и сам размышляю о будущем, колдун. Слишком много скачки, слишком мало убийств. Уверенность колеблется, путь впереди кажется непрочным. Тут каждый задумается — как ты там их назвал? — о возможностях.

— Ох, — выдохнул Юхдак. — Я слышал, что келы из Икрана весьма упрямы.

— Слухи и инсинуации, — отрезал Ахазиан.

— Тебе лучше знать, — пробормотал Юхдак, низко поклонившись. — Давай свяжем наши судьбы, брат по крови, как сделали когда-то сами боги. И кто знает, получилось ли у них все так гладко, как они планировали? Только не я. И я не такой дурак, чтобы выяснять.

— А копье?

— Кхорн — разумный бог, когда все сказано и сделано. А ты — разумный человек. Мы перейдем этот мост, когда дойдем до него. — Юхдак вскинул клинок. — Мы договорились, Ахазиан Кел?

— Мы договорились, Юхдак Девятеричного Пути.

Едва Кел произнес это, послание заколебалось и исчезло. Он почувствовал, что что-то упирается ему в ногу, и опустил глаза. Его собственное отражение, растянутое и искаженное, смотрело на него с растрескавшихся граней шлема Юхдака. Каким-то образом, пока он общался с посланием, арканит подкрался к нему сзади — так тихо, что ни он, ни даже конь ничего не заметили. Ахазиан зарычал, уже недовольный собственным решением.

— Хорошо, — произнес колдун, и Ахазин почувствовал, что тот улыбается. — Думаю, этот союз окажется плодотворным для нас обоих, друг мой.

Волькер наклонился и наполнил кружку Окена.

— Пей медленно, старик. Тут еще много осталось.

Они снова сидели в трюме подлатанного, но потрепанного «Занка», ползущего по небесам над Янтарными степями. Двиргатели уже не гудели, как прежде, а бренчали и постанывали. И эфирное судно больше не скользило по небу — оно вихляло и хромало.

Как Брондт и его команда ухитрились поднять корабль в воздух, не говоря уже о том, чтобы заставить его лететь более-менее прямо, Волькер спросить не осмеливался. Он и так с великим трудом уговорил капитана-харадронца пойти по черному следу, оставленному скавенами, вместо того чтобы вернуться в Шу’голь, как тот намеревался. Согласиться, пусть и скрепя сердце, Брондта заставило обещанное вознаграждение.